Книга Шантажистка, страница 56 – Алевтина Варава

Бедная девочка! Уверена, что добиться внимания и интереса к себе реально только хитростью и угрозами. Как же можно было довести до такого живое существо?!

Губы Лены растянула довольная улыбка.

— Ты очень изменился и многое понял. Мы на верном пути. Каникулы в Сочи?

— Я пришлю тебе контакты специалиста, чтобы вы договорились о графике посещений.

— Я выберу отель, от которого Маша останется в восторге, – не сдавала позиции Лена. – Наверное, мама даже оплатит мою часть расходов. Идёт?

— Договорились, – окончательно капитулировал я.

Я потратил три дня на поиск подходящего психолога. И всякий раз, уже почти определившись, брался выбирать ещё. Очень уж было важно. Я абсолютно искренне решил не пытаться использовать информацию, которую Лена может озвучить на сеансах, в свою пользу. Потому не искал человека, которого можно купить. Но мне было необходимо, чтобы терапия помогла. И чтобы специалист оказался стоящим.

Я возлагал на эту затею очень большие надежды.

К вечеру понедельника я смог договориться с весьма солидной женщиной. Прайс был нешуточный, но и отзывы о её трудах также радовали. Мы условились так, чтобы Лену ожидало одиннадцать встреч до наступления майских праздников. Я настоял, чтобы она ездила на консультации физически – казалось, что так работа будет более качественной, хотя специалист и объяснила, что онлайн-занятия ничем не отличаются от очного общения.

Я перестал опасаться, что Ирина Семёнова обратит внимание на регулярные отлучки дочери. Мне начинало всерьёз казаться, что она вовсе никакого внимания не обращает на своё чадо.

Лена повеселела. Я особенно пристально следил за её перемещениями по лицею в дни после консультаций. И уже не опасался встретиться в коридорах. Однажды мы даже разговаривали в столовой почти десять минут.

Маша с таким восторгом отреагировала на предложенную поездку, что я невольно почувствовал угрызения совести. Без требований с угрозами мне бы и в голову не пришло, что дочь жаждет встретить пятнадцатилетие в моём унылом обществе, а не закатить шумную вечеринку с вновь приобретёнными друзьями. Лариса тоже удивилась – она пробовала меня отговорить, и позволить дочери созвать своих друзей и даже купить им приличествующие спиртные напитки, чтобы Маша не чувствовала себя ущемлённой.

Мне всерьёз показалось, что дочь так радуется именно потому, что я тоже летел с ней и её подругой в Сочи. Она успела договориться, что мы спустимся вместе по снежной трассе как минимум десяток раз, отработаем скольжение на поворотах, с которым у Маши не всё было ладно, что мы будем через день гулять по набережной и обязательно устроим хотя бы один раз пикник на берегу, даже если будет совсем холодно. Маша заставила меня пообещать, что я не буду просиживать все дни за ноутбуком, а в её день рождения и вовсе вырублю свой телефон на сутки.

Похоже, дочери действительно не хватало общения со мной.

Маша долго мялась, прежде чем уточнить, можно ли в качестве подруги пригласить с нами Лену Семёнову. Похоже, опасалась, что этим всё испортит и сорвёт поездку. А когда я согласился, пустилась плясать по гостиной, словно выиграла в лотерею миллион.

К середине апреля я осмелел настолько, что решился посоветоваться с Леной о том, что подарить дочери. Требовалось что-то не заоблачно-дорогое, потому что поездка и сама была подарком, но очень сильно приятное.