Книга Простые решения. Свиток первый, страница 142 – Александр Зайцев, Константин Зайцев

Скользнув своим сознанием-туманом выше, я «разглядел» уже знакомое изображение Небесного Дракона на крышке гроба.

Невольно вспомнились сказки, слышанные не раз мной в далёком детстве:

«Долго ли, коротко ли, добрался Иван-царевич до края света, а там стоит остров Буян. На том острове гора высокая, а на горе пещера тёмная. Вошёл он в ту пещеру — и видит: висит посреди пустоты гроб железный, на двенадцати цепях чугунных подвешен. И качается тот гроб едва-едва, и скрипят цепи старые, наводя тоску. И знает Иван, что внутри того гроба — заветная игла, конец Кощеевой силы.»

Нелепая ассоциация, но слишком уж похожие впечатления вызвал у меня этот раскачивающийся над метеоритом на массивных стальных цепях гроб, от которого волнами исходило ощущение чужеродной энергетики.

Стоило попробовать приблизиться туманом-сознания поближе к месту последнего упокоения древнего принца, как меня едва не скрутило от тошноты и нахлынувшего ощущения первобытного страха, граничащего с ужасом. Моя душа, казалось, взывала в немой мольбе, прося убраться отсюда подальше.

Определённо, в этом гробу покоится то, что беспокоить нельзя ни при каких обстоятельствах. Паранойя буквально орала: «Не лезь!»

Открывать крышку и «будить» того, что под ней лежит, явно было бы последней ошибкой, совершённой мной в новой жизни. Мощь, исходящая от гроба, была настолько подавляющей, что даже энергетика создателя мясных големов на её фоне казалась просто природным фоном.

Когда-то я увлекался чтением скандинавских саг. Так почти все они начинались одинаково: некий герой находит курган, в котором захоронен кто-то, и, раскопав его, забирает из рук мертвеца волшебный меч. После чего, «пылая праведным возмущением», этот мертвец встаёт и пытается забрать свой клинок. Разумеется, в сагах герой этого мертвеца побеждает и уносит волшебный меч с собой.

Я же, смотря на этот раскачивающийся гроб, отчётливо понимаю: я не герой скандинавских саг, и крышку ЭТОГО гроба открывать не буду, даже если под ней находится не какой-то там, пусть и самый замечательный и волшебный, меч, а «чёрный чемоданчик» с открытыми кодами запуска ядерных ракет.

Мне потребовалось значительное усилие, чтобы побороть своё отторжение, а также животный ужас, и продолжить изучать гроб.

Для этого мне пришлось убрать «туман» и представить своё сознание в виде лучей, словно лазеров некоего измерительного прибора. В который раз пришлось удивиться, как банальное воображение, подкреплённое талантом к магии Разума, способно творить настоящие чудеса.

Через пять минут подобного «сканирования» я «разглядел» под мощнейшим астральным фоном, исходящим от метеорита, сгусток Темноты, центром которого являлся висящий на цепях гроб.

Из этого кокона тьмы тянулись десятки, а может, и сотни тонких нитей чёрной энергии, расползающихся во все стороны, словно щупальца гигантского спрута. Я проследил лучами сознания за ближайшим жгутом и почувствовал, как по спине пробегает холодок.

Тонкая тёмная линия, которую было бы не разглядеть даже в астральном восприятии, если не заметить, откуда она начинается, тянулась к стойкам с оружием и доспехами, которые были расположены вдоль стен гигантского зала.

На одной из подобных стоек висел комплект доспехов, стоимость которого даже на мой не самый искушённый взгляд казалась поистине запредельной. Нагрудник из светлой стали с гравировкой драконьих чешуек. Наплечники изогнуты, как крылья дракона. Шлем с рогами, напоминающими те, что у Небесного Дракона, — из прорезей для глаз исходил мягкий золотистый свет. Поножи украшены узорами облаков и молний. И в каждую часть этого доспеха был вплавлен небольшой кусок метеорита.