Книга Книга пяти колец. Том 8, страница 129 – Константин Зайцев

— А ты еще кто такой? — На меня смотрело высокомерное лицо убийцы моего побратима.

— Кенши из великого клана Дракона, согласно традициям Ву Ян вызывает тебя на поединок. Между нами кровь и смыть ее можно только кровью. Здесь и сейчас. — Я вновь повторил формулу вызова.

— Бой не может состояться сейчас. Кенши только то сражался с сильным противником. — Неожиданно включился магистр ордена Совы.

— Разве это важно? — Я смотрел в его глаза и усмехался. Архат на пике могущества, но слишком ограничен, чтобы стать наставником. — Никто не дал отдыха моему мертвому брату.

— Младший брат, мой ученик прав. — Голос Додзи звучал как вкрадчивая змея. — Раз по закону мы не можем встретиться с тобой в бою, то пусть наши ученики решат наш давний спор. Тем более Ян, тоже предпочитает парные клинки.

— Он не имеет права бросить вызов дракону. — Похоже магистр что-то почувствовал.

— Согласно эдикту императора Ямамомото и клановым традициям, — Неожиданно в разговор включился Тан По, который лучше всех знал бюрократические тонкости. — Побратим не может претендовать на клановую принадлежность побратима, но месть за пролитую кровь побратима его святая обязанность. — Спасибо тебе сын пустынь.

— Тан По из великого клана Цилинь, говорит правду.

— Плевать, еще один неудачник хочет сдохнуть. Так начнем. — Резко прервал нас Кенши. — Убью его и отправляемся в столицу, мне пора надеть на себя императорскую корону.

Я подошел к телу Кайоши и закрыв его глаза поднял тело побратима относя его Ниххон Додзи. Поклонившись ему со словами:

— Позаботьтесь о нем, дядя. — Старый дракон кивнул и тихо меня спросил:

— Почему?

— Он недостоин править Нефритовой империей. — Длинные белые усы качнулись от кивка, а мне в спину летело напутствие:

— Он использует силу иллюзий, не верь своим глазам. — Мои губы искривились в злобной усмешке. Этого выродка ждет очень большой сюрприз.

Мы кружили друг вокруг друга. Я чувствовал, как пульсирует в груди глухая ярость. Передо мной стоял убийца Кайоши. Того кто мог реформировать империю сделав ее лучше. Я мог слышать, как капли крови моего побратима еще падают на камни. Это будет не бой — это будет резня.

Кенши улыбался, играя клинками. Мастер фехтовальщик, мастер дуэлянт отточивший свои навыки в сотнях тренировочных схваток. Он двигался легко, словно танцевал.

Каждое движение — намек, каждая смена стойки — ложь. Он был тенью, призраком, вихрем из стали. И эта тень рванулась ко мне.

И столкнулась с моим грубым стилем мясника. Голодные духи пели мне свои литании, они хотели смерть этого ублюдка. Моя задача почувствовать его, понять его внутреннюю суть и тогда он умрет.

Клинки плясали перед глазами, мелькая размытыми полосами. Он был быстрее, намного быстрее. Первый удар я принял на гарду, второй лезвием. Третий скользнул вдоль плеча, оставляя горячий след. Четвертый уже летел мне в горло — я нырнул вперед, уходя в клинч.

Мой локоть встретил его ребра, заставив дыхание вырваться шипением. Кенши отпрянул, и в тот же миг я пнул его в бедро, выбивая опору. Он, танцуя, легко ушел из-под удара, но я уже двигался следом. Я был тяжелее, я был медленнее, но мне не нужно было догонять — мне нужно было сломать.

Он снова пошел в атаку, теперь более жестоко, менее изящно. Острая сталь мелькала у моего лица, но я давил вперед. Рубящие удары раз за разом разрывали воздух. Один из его клинков задел мою щеку, и кровь хлынула по губам. Но я не останавливался. Ему нужно было пространство, ему нужно было двигаться. А мне нужно было одно — вцепиться.