Книга Книга пяти колец. Том 9, страница 91 – Константин Зайцев

Я посмотрел на избитого крестьянина. Тот поднялся, отряхнулся и поклонился мне в пояс. По его лицу было видно, что ему больно, но он счел свой поклон уважения куда более важной задачей чем какая-то боль.

— Спасибо, молодой господин, — прохрипел он. — Они хотели забрать последнее зерно за долги.

— Долги?

— Налоги выросли в три раза. Урожай крайне плохой, да вы сами видели, что творится с полями. Река вышла из берегов и поля затопило. Рис попросту не вызреет, воды слишком много. А управляющий говорит плати или иди в тюрьму. Вот только кто тогда будет возделывать поля?

Стандартная история. Власть давит на народ, народ страдает, появляется герой и все решает. Только вот я не герой. Я просто тот, кто идет к своей цели.

Но судя по тому, что мой внутренний компас указывает на то, что именно тут я смогу найти Стражей, то круг явно хотел, чтобы я вмешался в это дело. Хотел посмотреть, как далеко я готов зайти ради справедливости. Что ж, покажу, что значит настоящий чиновник Нефритовой Империи. Пусть это место и явно отличалось от всего, что я видел раньше…

— Где здесь староста?

Крестьянин, представившийся Бао, проводил меня к дому старосты через узкие улочки, что пахли нищетой и безнадежностью. Но теперь, приглядевшись внимательнее, я замечал детали, которые не вписывались в картину упадка.

Соломенные крыши были ветхими, но аккуратно залатанными. Заборы покосились, но держались крепко. А главное — люди, встречавшиеся нам по пути, выглядели не истощенными, а именно запуганными. Это не голод гнул их спины, а страх. И от этого внутри меня начали раздуваться угли гнева. Никто не должен так жить.

Дом старосты отличался от других только размером — такая же соломенная крыша, такие же потемневшие от времени стены. Но двор был чист, а перед входом стояли два больших глиняных горшка с увядающими цветами.

— Дедушка Сацуо, — окликнул Бао, стуча в дверь. — К вам почтенный гость пришел.

Дверь открыл невысокий, сутулый старик с живыми, умными глазами. Седые волосы были аккуратно уложены в узел, а на поношенном халате красовался герб деревни два переплетенных колоса.

— Проходите, молодой господин, — он поклонился мне как высокородному, при этом он даже не спросил мой титул, а по одежде и оружию этого попросту невозможно было понять. — Дом мой скромен, но гостям здесь всегда рады.

Внутри пахло травяным чаем и дешевыми благовониями. Стены украшали свитки с каллиграфией — не дорогие, но выполненные с любовью. На низком столике стояла глиняная посуда, явно сделанная местными мастерами.

Сацуо усадил меня на циновку, сам сел напротив. Бао остался у двери, мялся, словно не знал, уходить ему или оставаться.

— Мне рассказали, что вы заступились за Бао, — начал староста. Значит кто-то все-таки следил за ситуацией и этот кто-то все доложил старику. Тогда понятно его отношение. — За это примите благодарность от всей нашей деревни. Но боюсь, вы навлекли и на себя и на нас серьезные неприятности.

— Какие именно? — спросил я, принимая чашку чая. Он был куда крепче чем я люблю и слишком горьким, зато ощущался настоящим.

— Эти двое, Рин и Гэндзо — люди управляющего Нобу. Они не простят такого унижения. А Нобу… — Сацуо покачал головой. — Он жесток и мстителен. Может всю деревню наказать за ваш поступок.