Книга Кодекс крови, страница 31 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Вот это чудеса. Каким боком он со всем этим связан? — пробормотал себе под нос Гуров, потряс визиткой в воздухе и сказал: — Эту штуку я заберу с собой.

Пока сыщик понятия не имел, зачем ему может пригодиться старая визитка. Все данные о Воскобойникове он мог взять у Коробова, который рассматривал дело по заявлению буйного посетителя. Однако Гуров посчитал, что неплохо будет иметь в руках доказательства того факта, что Воскобойников связывался с гастарбайтерами. Конечно, данный эпизод произошел около двух лет назад, но этот человек мог многое знать об участковом. Встретиться с Воскобойниковым следовало в ближайшее время. Хотя бы для того, чтобы получить больше информации о Писареве.

Пока для сыщика подтвердился только лишь один факт. Участковый, теперь лишившийся головы, много лет занимался вымогательством у гастарбайтеров. Он был таким же грязным, коррумпированным полицейским, каким являлся и Желизняк, убитый ранее.

Но это было все, что связывало этих субъектов. Ни общего круга общения, ни каких-то единых связей в мире криминала или в полицейском руководстве.

К тому же склонности к шифрованию у Писарева Гуров не заметил. По крайней мере, никаких признаков подобного увлечения в личных вещах покойного капитана он не обнаружил.

Это доказывало, что шифрованные записки однозначно оставлял на месте преступлений убийца. Неизвестный преступник, видимо, решил казнить продажных стражей порядка. Это значило, что он сам не остановится и в ближайшее время погибнет еще какой-то сотрудник полиции. Причем вовсе не факт, что он будет коррупционером. Не исключено, что погибнуть от рук серийного убийцы мог любой человек, которого тот заподозрит в нечистоплотности.

Это натолкнуло Гурова еще на одну мысль. Получать информацию о продажных полицейских преступник мог лишь из двух источников: оперативной базы управления собственной безопасности либо от криминальных структур.

Второй вариант сыщик считал самым вероятным, поскольку безопасники при наличии доказательств предпочитали сажать полицейских за решетку. По подозрению в коррупции в то или иное время проверялся едва ли не каждый третий сотрудник полиции. Даже Гуров был однажды заподозрен в таком преступлении.

Если бы серийный убийца брал информацию именно из оперативной базы данных, то ему бы пришлось работать палачом, не покладая рук. Он же выбирал жертвы, преступления которых не смогли или не захотели доказать безопасники, а вот в криминальном мире о них знала каждая собака.

Гуров понимал, что шансы выяснить это простым способом слишком малы, но все равно достал телефон и набрал номер.

— Владимир Иосифович, есть еще одна просьба, — проговорил он, как только Евсеев ответил на звонок. — Мне нужно знать, собирал ли кто-нибудь в последнее время в криминальной среде информацию о продажных полицейских в Москве. Это очень срочно.

— Лев Иванович, да в этом обществе каждый день кто-нибудь спрашивает, кто из продажных ментов тот или иной вопрос может решить, — проговорил Евсеев, хохотнул, но тут же вернулся к серьезному тону. — Я понял, что ты ищешь. Поручу сегодня своим людям это выяснить. Завтра тебе сообщу, что узнал. Но я бы на твоем месте на многое не рассчитывал.

— Позволь мне быть на своем месте и самому решать, на что рассчитывать, на что нет, — отрезал Гуров и оборвал связь.