Книга Продавец крови, страница 128 – Александр Долгирев

Хозяин квартиры ждал его в кабинете. Белкин впервые видел профессора Вернера вживую, но, конечно, сразу его узнал. Вернер сидел за своим рабочим столом, откинув голову на спинку кресла. Его правая рука безвольно лежала на столешнице, веки были опущены, а его грудь вздымалась часто и судорожно. Профессор Вернер умирал.

Дмитрий медленно подошел к нему и навел на него ствол револьвера. Вернер чуть приоткрыл глаза. Когда он заговорил, его голос был тихим и хриплым:

— Ты кто?

— Младший лейтенант Белкин.

На губах профессора проявилась едва заметная усталая улыбка.

— Белкин… Я слышал о тебе. Значит… значит, Саша тоже предала меня.

— Ее нет. Ее убили.

Лицо Вернера разгладилось, все больше превращаясь в посмертную маску. Голос его звучал совсем тихо:

— Это не я… Я бы не смог… причинить им вред. Не после того, что сделал с ними.

— Я знаю, что это не вы. Чекисты решили вас подставить. И меня тоже.

Лицо профессора ничего не выражало, но Белкину почудилось удовлетворение в его голосе:

— Значит, я все правильно понял.

— Что с вами?

— Я больше не нужен. Меня списали.

— Вы знаете, кто вас отравил?

— Конечно, знаю.

— Кто это?

Кажется, на эту улыбку у старика ушли последние силы.

— Нет, Белкин. Незачем… тебе это знать.

Дмитрий услышал звук у дверей и начал отступать из дверного проема в угол кабинета. Он едва расслышал вопрос профессора:

— Что ты будешь делать?

И ответил почти так же тихо:

— Убивать…

Дверь отворилась. Человек, который скрывался за ней, был осторожен. Он явно прислушивался, как до этого прислушивался Белкин. Дмитрий пытался обратиться в слух, но кровь все громче шумела в ушах, поэтому приходилось опираться не столько на реальные чувства, сколько на прошлый опыт и наитие.

— Товарищ Вернер, вы здесь?

Дмитрий узнал этот голос – это был голос человека, который возил его по пригороду во время работы с информацией чекистов по профессору.

Вернер не ответил. Белкин бросил на него взгляд и увидел, что грудь профессора перестала вздыматься – кажется, для него все закончилось…

— Товарищ Белкин?

А этот голос принадлежал Маркевичу. Значит, минимум двое. Причем именно те, кто с ним общался. Раз так, то возможно, что это все. Или наоборот, это лишь исполнители, а главный участник Схемы по линии госбезопасности так и не вышел на Белкина напрямую. Но сейчас это было неважно – организатор, если он и существовал, был сейчас вне зоны поражения Дмитрия, а эти двое были прямо здесь.

Больше они не говорили. Белкин понял, что сейчас они станут обыскивать комнаты. Его никак нельзя было увидеть из коридора: если идти со стороны входной двери, он был в «слепом» углу. А в кабинет им придется заходить.

В проеме мелькнуло чье-то плечо. Вспомнились слова из одной книги, оставшейся от Георгия, – там говорилось, что самой главной задачей воина является поражение врага. Школы и навыки, оружие и стойки не имеют никакого значения по сравнению с этой целью. Дмитрий почувствовал совершенный покой. Даже злоба куда-то делась. А когда Маркевич резко ввалился в кабинет, Белкин выстрелил. Чекист вскрикнул и стал падать. Дмитрий выстрелил еще раз, но теперь пуля попала в одну из книжных полок за плечом Маркевича. Белкин бросился в сторону, и как раз вовремя – по тому месту, где он только что стоял, стали стрелять из-за дверного косяка.