Онлайн книга «Роковой 53-й. Смертельные игры»
|
Насаждая произвол и беззакония, участники заговора на протяжении ряда лет производили аресты невиновных людей, от которых затем путем применения избиений и пыток вымогались ложные показания о совершенных или готовящихся контрреволюционных преступлениях… Как установлено судом, подсудимые Берия, Меркулов, Деканозов, Кобулов, Гоглидзе, Мешик и Влодзимирский лично избивали и истязали арестованных невиновных людей, а также отдавали приказы о применении массовых избиений и истязаний арестованных подчиненными им работниками НКВД — МВД…» Ну и так далее — в общем, обвинения в организации репрессий. Учитывая, что сразу после переворота была проведена нехилая такая реабилитация самых разных людей (об этом в свое время поговорим), они явно подкладывали фундамент под недавно прошедшие реабилитации своих друганов и будущие реабилитации вообще кого попало… Доказать такие обвинения легче легкого. Достаточно пройтись по тюрьмам и лагерям, и отыщутся сотни людей, готовых выступить на суде с утверждениями, что их пытали на допросах. Применялись пытки или же не применялись, все равно подследственный к своему следователю обычно симпатии не испытывает, и весьма большой процент осужденных за любые преступления не упустит возможности рассчитаться с теми, кто их посадил. Так, чекист Шрейдер в мемуарах рассказывал, как приплетал к своему «контрреволюционному заговору» собственных следователей. А уж если намекнуть, что помощь следствию приведет к сокращению срока наказания, а то и к реабилитации… Тем не менее в реальности, если все делать по закону, такие вещи доказываются чрезвычайно сложно — во многом поэтому в органах били, бьют и будут бить, что ты с ними ни делай. А в то время и мировая практика была именно такова — взять хотя бы ту же Германию, где пытки были введены в обычную практику. Пытали в гестапо, пытали в сигуранце, пытали в дефензиве, ну, у франкистов в Испании, само собой — впрочем, и у республиканцев тоже… Ну уж чем-чем, а свидетельскими показаниями сейчас должны завалить! Ничуть не бывало. По работе в Москве припомнили несколько эпизодов — не десятки и не сотни, а именно несколько. А в основном все показания и документы, обвиняющие Берию и его команду в организации террора, относятся исключительно к Грузии. Вот уж где они лютовали! Грузинских показаний и документов в деле множество, именно они легли в основу того, что Берию объявили организатором террора. Правда, в Грузии Берия прямого отношения к НКВД не имел. Но если Сталин мог, страшно вращая глазами, приказать «арестовать этого мерзавца», то кто мешал Берии сделать то же самое? А теперь самое интересное. Кроме текста, в книге Сухомлинова есть и иллюстрации. Автор их выбирал или же издательство — однако анализ этих картинок ну очень интересен! В частности, там приводятся копии документов с резолюциями Берии. Все они относятся к тому времени, когда он был Первым секретарем ЦК КП Грузии. То есть формально эти резолюции, адресованные работникам НКВД, были превышением власти, за них можно судить, правда, не столько Берию, сколько чекистов, которые эти распоряжения выполняли. Приказать может кто угодно и что угодно, а виновен тот, кто в нарушение закона выполняет эти приказы. Впрочем, зачастую ничего криминального они в себе не содержали. «Взять крепко в работу», «крутить», «добиться признания», «лично размотайте». Ничего, указывающего на незаконные методы следствия, здесь нет. Есть бумаги с указанием Берии арестовать каких-то людей. Есть данные о работе Кобулова и Гоглидзе в составе «особых троек» и количестве вынесенных приговоров. А где тут нарушение закона, если пресловутые «тройки» были абсолютно законным органом? То, что «комиссия Яковлева», сообразуясь с правовыми нормами 80-х и 90-х годов, объявила их незаконными… они бы еще Малюту Скуратова посмертно приговорили за применение пыток. А что — ведь в современных законах такого права не прописано? |