Книга Коллекционер, страница 48 – Александр Варго

* * *

Вернувшись к мангалу, Павел собрал все шампуры и отнес их к столу.

— Держи, — сказал он Игорю, который крутился рядом. — Сними все мясо. Вон в эту миску, видишь?

Мальчик кивнул. Он искоса посмотрел на мать, которая сидела за столом c непроницаемым лицом.

— А где бабушка? — спросил Шибаев-старший.

— Сказала, что пошла к соседке, — ответил Игорь, начиная c помощью вилки стаскивать ароматные ломти шашлыка c шампуров.

Пока он этим занимался, Павел сходил в дом и вернулся c бутылкой виски в одной руке и красного вина в другой.

Справившись c заданием, Игорь наполнил мясом пластиковую тарелку и заторопился в дом:

— Я в доме поем, можно? Телик хочу посмотреть.

— Можно, — подумав, разрешил Павел.

Когда сын убежал, он открыл бутылки и налил себе виски, практически полный стакан. Посмотрел на Лену, продолжавшую хранить угрюмое молчание:

— Выпьем?

Она вздохнула, закинув ногу на ногу:

— Что-то нет желания.

— Не хочешь ничего мне сказать? — спросил Павел, подняв стакан.

— Давай не сегодня. И так день сумасшедший.

Павел усмехнулся и опрокинул виски в горло. Выдохнув, заговорил:

— Знаешь, я одно время увлекался историей доколумбовой Америки. Меня очень заинтересовала культура народа науа, который процветал на территории нынешней Мексики в тринадцатом веке. Слышала про ацтеков? Этим индейцам, c которыми воевали конкистадоры, у меня посвящено целых две полки. Они как раз из того времени. Так вот, ацтеки очень щепетильно и серьезно относились к брачным отношениям. Так, измена в браке считалась страшным грехом. Грех, согласно поверьям ацтеков, это мусор. Соответственно, человек, который согрешил, становился грязным. Его энергетический баланс нарушался. Как и любой грязный предмет, этот человек мог пачкать все вокруг. Похоть влияла на душу человека, и он начинал излучать вредную энергию, нарушая баланс в своих соплеменниках. Причем в первую очередь страдали самые беззащитные — дети. Считалось, что если к ребенку приближался человек, который недавно прелюбодействовал, то малыш мог заболеть. Связь c падшей женщиной могла привести к тому, что согрешивший становился переносчиком «грязного воздуха», который он мог случайно занести в любое посещаемое место. Если этот воздух вдыхала беременная женщина, она могла родить больного ребенка. «Грязный» человек вредил всем, и взрослым тоже. Даже домашнему скоту. Присутствие согрешившего в общине приводило к засухе и гибели урожая. Даже жертвы богам «загрязнялись» и не приносили пользу. Поэтому наказание для женщины, заразившей легкомысленного мужчину, было весьма суровым.

— Каким же? — c наигранным спокойствием спросила Лена. Сандалия c ее ступни сползла, и Лена лениво болтала ею на пальцах.

Павел вновь наполнил стакан.

— Ее забивали насмерть. Камнями, — буднично пояснил он. Выпив, Шибаев даже не притронулся к мясу, а лишь понюхал веточку укропа.

— Зачем ты мне это рассказал? Чтобы я упала тебе в ноги и благодарила Бога, что мы живем в России? И мне не раскроят голову в случае, так сказать, прелюбодейства?

Павел засмеялся:

— Значит, ты признаешься в измене?

Лена осеклась на полуслове. Действительно, если вдуматься, ее поспешную фразу можно было трактовать двусмысленно, что давало Павлу лишний повод усомниться в ее супружеской верности.