Онлайн книга «Коллекционер»
|
Последнее обвинение Шибаев практически выкрикнул, и Вуди вздрогнул, тревожно поведя ушами. «Надо было овчарку завести, — промелькнула у Павла мысль. — Или дога». «Вовсе не обязательно, — неожиданно раздался в голове голос матери. — Просто не нужно было ссориться c Леной». Павел медленно разжал пальцы, c неохотой признавая эту непреложную истину. Образы любимых, которых у него отняли, буквально вырвали из сердца, ворочались в изможденном мозгу, словно камни в водянистом иле, переворачиваемые сильным течением. — Завтра я еду в морг, — вымученно произнес он. — Мне… нужно все подготовить, чтобы проводить Лену c Игорем в последний путь. Утром приедут родители Лены. На похоронах будет много народу, и мы c тобой должны быть на высоте. После этих слов Вуди засеменил в гостиную, а Павел отправился в спальню. Несколько минут он не отрываясь смотрел на фотографию в изящной рамке, стоявшую на комоде. На ней были все трое: он, Лена и Игорь. Этот снимок был сделан на море, когда они катались на яхте. Все загорелые, улыбающиеся, глаза светятся от радости. Кто бы мог подумать, что через пару лет все так круто переменится?! Что его жену зарежут, словно свинью, а сына задушат веревкой?! — Почему тебе вздумалось уехать именно в этот вечер, дурочка? — спросил Павел, и его голос предательски задрожал. Уголки глаз наполнились слезами. — Я ведь любил тебя. Хоть ты мне изменяла. В спальню, виляя хвостом, забежал корги. — А, Вуди, — рассеянно протянул Павел, отворачиваясь от фотографии. — Хочешь, я открою тебе секрет? Задрав голову, Вуди преданно смотрел на хозяина. Конечно, он хотел услышать секрет. Понизив голос, Павел сказал: — Эта нелюдь убила не двоих, а троих. Мне следователь сегодня вечером позвонил, после того как сделали вскрытие. Лена была беременна. Он уже не мог сдерживаться, и слезы потекли по щекам, чертя блестящие дорожки. — Я найду тебя, тварь, — хрипло промолвил Шибаев. — Где бы ты ни спрятался. Найду и выгрызу твое сердце зубами. * * * Это было самое болезненное пробуждение, которое Максиму довелось испытать за всю свою жизнь. Разлепляя тяжелые веки, он мимоходом подумал о запутавшейся в сетях глубинной рыбе, которую подняли на поверхность. От резкого перепада давления она лопнула, и теперь на дне лодки, подрагивая, лежало нечто развороченное и расплющенное, поблескивая розовыми внутренностями и судорожно хватая ртом воздух. Странно, он вроде не пил, а во рту стоял такой мерзкий привкус, словно он сдавал свой рот в аренду вместо унитаза. Морщась от боли в спине, Долин сел на кровати, прокручивая в памяти события минувшей ночи. Такси быстро домчало его до дома, и в квартиру он ввалился в начале третьего ночи. Сил на душ и приведение себя в порядок не было, и он просто рухнул в постель. Сейчас, сидя на смятой простыне, Максим машинально приглаживал редкие волосы, прислушиваясь к грызущей боли в спине. Пора незамедлительно заняться раной. Да заодно и помыться, потому что затхлая вонь пота, исходившая от рубашки, буквально витала в воздухе. «Неужели я все-таки сделал это?!» — подумал Максим, слезая c кровати. Перед глазами, словно в ускоренной перемотке, заскользили кадры: квартира Павла, нескончаемые полки c солдатиками, внезапное появление жены Шибаева c сыном… Удар ножом, кровь… Веревка на шее мальчика… Кузов, забитый солдатиками… Взбунтовавшийся Нос… Разверстая рана на его шее, будто второй рот… Объятая пламенем «Газель»… |