Онлайн книга «Коллекционер»
|
Может, свалить отсюда на фиг? И начать все c чистого листа? «Плохой выбор, — тут же откликнулся голос. — Как только ты свалишь, это будет звоночек, что у тебя рыльце в пушку». — А что же делать? «Ждать, — последовал ответ. — Не забывай, что многие палились именно из-за того, что у них не хватало терпения выждать время. Люди начинали тратить бабки направо-налево, трепать языком, позабыв о всякой осторожности, и оказывались за решеткой». Несмотря на резонное возражение, Максим продолжал размышлять. В Омске живет двоюродный брат его погибшего отца, у него там частный дом. Это деловой и рукастый мужик, который всегда хорошо относился к Максиму. Что, если сорваться туда? Продать тут квартиру, а солдатиков отправить контейнерной перевозкой? На вырученные деньги он сможет купить себе скромную «однушку», и еще сверху останется! «Ты так рассуждаешь, потому что боишься Павла, — заметил голос. — Но если он выйдет на твой след и захочет тебя найти, тебе от него не спрятаться. Хоть в Омске, хоть у черта в жопе. Разве что изменишь внешность, слепишь себе “левые” документы. Либо свалишь за границу. Только кому ты там, на хрен, вперся? Нужно было раньше думать, когда составлял свой гениальный план!» — На что ты намекаешь?! — нахмурился Максим. «Ни на что. Просто выражаю сожаление, что в ту ночь они не явились всей семьей». Долин покачал головой: его даже в теории напугало подобное развитие событий. — Я не смог бы расправиться со всеми! Голос усмехнулся: «Как знать. Человек и не на такое способен. Ты же вообще не хотел становиться убийцей. А теперь на твоей совести смерть четырех невинных людей». — У тебя проблемы c арифметикой! Трех, а не четырех! «Посмотри прессу. Ты же никуда, кроме своего форума и аукционов, не заглядываешь. Пишут, что Лена была беременна». Максим почувствовал, как шеи коснулось холодное лезвие возмездия. Одно неосторожное движение — и он станет похожим на Носа c рассеченным горлом. «Так что теперь Павел будет делать все, чтобы найти убийцу», — подвел итог голос. Максим промолчал. * * * Тренировка была давно окончена, но Лев не спешил покинуть спортзал. Взмокший от пота, он бесцельно бродил босиком по татами из угла в угол. Адвокат был облачен в угольно-черное кэйгоги[9] c вышитым на спине драконом, на шее поблескивал кулон в виде золотой совы, у которой на месте глаз мерцали крохотные бриллианты. С помощью пульта Лев включил успокаивающую японскую музыку и, сняв влажную от пота куртку, сел на пол, привычно раздвинув колени. Он зажмурил глаза, пытаясь выровнять дыхание и настроиться на медитацию. Но все попытки мужчины расслабиться были тщетны: сердце продолжало выстукивать барабанную дробь, а вместо журчащего ручья и цветущей сакуры воображение рисовало совсем другие картины. Лена валяется на полу, как сломанная кукла, а в ее груди — нежной, прекрасной, упругой груди — разверстая рана, из которой ручьем течет кровь. Уже потом он через знакомых силовиков узнал, что удар был всего один, но его хватило, чтобы пронзить сердце. И Льва постоянно мучили вопросы, которые по понятным причинам останутся без ответов: испытывала ли боль его возлюбленная? Поняла ли, что умирает? Что думала в эти страшные секунды, в последние мгновения ее жизни? Видела ли она смерть своего ребенка? И… как долго прожил нерожденный малыш, отцом которого был он, Лев? Минуту, две? Или он умер c последним вздохом Леночки?! |