Книга Демон Рида, страница 33 – Ирина Тис

— Мисс Петерсон, ваша подруга Лиз, как вы ее назвали, была замужем? Не так ли?

Ох уж это непонимание. Она еще не сопоставила времена моего вопроса. «Была».

— Да, у нее есть муж, но он не здесь, она приехала на несколько дней ко мне. Мы встретились в Вегасе, и она решила приехать в Майами на время.

Не к тебе, София, не к тебе.

Детектив все еще стоит позади и не понимает, о чем речь. Зачем я стремительно покинул кабинет, зачем спрашиваю у практикантки о муже ее подруги.

Я не знаю, как сообщать плохие новости, в детстве полицейский положил руку мне на плечо, немного его сжал и сказал: «Бени, твоя мама умерла». Вот так вот, без попыток утешить, без сожаления. Но я и так знал, что она погибла. Все произошло на моих глазах. Сложно не догадаться, что выжить после столкновения с автомобилем на полной скорости почти невозможно. Я поступлю совершенно также. Приближаюсь к Софии под ее вопросительный взгляд. Аккуратно кладу руку на плечо, сминая ткань белой рубашки.

Какое же тонкое. Пальцы ощущают каждую выступающую косточку.

А она распахивает и без того огромные глаза, кажется, еще шире, и тело замирает от моего прикосновения. Но я не вижу в ее глазах похоти, которая буквально выплескивается у большей части женского населения от моей близости. София сжимается, будто я могу ее сломать или обидеть. Причинить вред.

Милая, я, может, и убийца. Но не монстр.

— Что вы?.. – тихо спрашивает она.

Нужно ее успокоить, ненавижу истерики. Приходится немного погладить ее плечо пальцами, и этого, кажется, достаточно. Она делает глубокий вдох и… прикрывает глаза?

Тебе нравится? Ну, конечно. Легкой ласки хватило, чтобы ты доверилась мне. Как быстро, милая. Ты точно поспешила с выводами.

— Мисс Петерсон, ваша подруга погибла, а брат в тяжелом состоянии.

Ну, а как сказать о плохом? С точки зрения психологии, нужно подготовить, поддержать, утешить, обнять и солгать, что все будет хорошо. Но это точно не входит в мои планы.

Детектив наконец-то понял. Не прошло и десяти минут с начала нашего разговора. Моя ладонь все еще лежит на плече у Софии, и я наблюдаю, как приходит осознание. Как ее мозг складывает факты. Как она прикрывает на секунду веки, а густые ресницы подрагивают от эмоций. Она наполняет легкие кислородом, совершая глубокий вздох, и распахивает глаза. Голубые и ледяные. Удивительная сдержанность.

Она поняла.

— Что с братом?

София смотрит мне в глаза, она не плачет, губы не дрожат. Единственное, ее немного выдает голос. Я впечатлен, мисс Петерсон.

Детектив отвечает за меня.

— Он в тяжелом состоянии, мисс. Но он жив.

Так себе утешение, детектив. Вас не учили сочувствию?

— А Лиззи?

София все еще смотрит на меня, хоть я не отвечаю на ее вопросы. Чего вы ждете, мисс Петерсон? Сочувствия? Жалости? Объятий?

Детектив вновь отвечает:

— Миссис погибла.

Теперь ты знаешь ее имя. И ты не можешь скрыть радости в голосе, сообщая о смерти. Ты продвинулся на миллиметр в своем расследовании. Но я не осуждаю, люди данной профессии учатся жить в черствой коже.

— Я могу поехать к брату, детектив?

Холодные глаза Софии изучающе смотрят на меня, ища ответ на моем лице. Но у меня его нет, милая, я не могу тебе помочь. Но ты молодец: тебе не пришлось рассказывать, кто этот мужчина. Ты догадалась самостоятельно.