Книга Под знаком совы, страница 31 – Марина Серова

Я заглянула в свой опустевший бокал, стараясь осмыслить это преображение. Сергей Ветров, сидевший рядом, эмпатично уловил мой взгляд и тут же долил мне напитка.

— Спасибо, – пробормотала я. Видимо, шампанское на давно трезвый и пустоватый желудок начинало давать о себе знать легким головокружением и обостренным восприятием. Я подумала, что Элле этот цвет волос действительно идет. Он делал ее бледную кожу фарфоровой, а глаза, всегда такие выразительные, стали еще ярче, еще внимательнее. Галя вылезла из-за стола и через несколько минут вернулась из кухни с Аней и еще парой подносов, груженных нарезкой, сырами и фруктами. Стол быстро наполнился, превратившись в щедрое праздничное полотно. Бокалы не пустели – Антон на пару с Сергеем следили за этим с усердием хороших сомелье, и вечер потек мирным, спокойным чередом. Говорили обо всем подряд: о бесснежной зиме и ее влиянии на коммунальщиков, о тонкостях проекта аптеки (Антон ловко переводил разговор от спорных деталей к общим амбициозным планам), а пару раз с Аней мы вспомнили забавные и совершенно безобидные истории из школы. Звон бокалов чередовался с теплыми, пусть и немного шаблонными поздравлениями в адрес виновницы торжества.

— Анечка, желаю тебе, чтобы все, что ты задумала, сбылось легко и красиво, – произнесла Галя, поднимая бокал с водой (она была за рулем), с легкой теплой смешинкой в голосе. – И чтобы этот малыш родился таким же солнечным, как его мама.

— Присоединяюсь, – почти хором сказали Ветров и Элла. Бокалы в очередной раз мелодично звякнули.

— А помнишь, как Светка, – начал Антон, обращаясь к Ане, и в его глазах на секунду мелькнуло что-то похожее на нежность, – на том школьном вечере пыталась спеть под гитару «Кукушку» Цоя и забыла все слова после первого куплета? Стояла на сцене, красная как помидор.

Смех прокатился по столу, подхваченный всеми. Аня тоже рассмеялась, ее лицо на мгновение озарилось привычным светом, но в уголках глаз оставалась тень глубокой накопленной усталости, которая не стиралась даже искренней улыбкой.

— Кстати, а где сама Светка? – спросила я, оглядывая стол. – Тоже поздравить должна была.

— Ой, она в Таиланд умотала, – отозвалась Аня, махнув рукой. – Правильно сделала. Я вот искренне восхищаюсь этими людьми, которые умеют вовремя смыться от всей этой мерзкой волжской слякоти и уныния. Умницы.

— У меня сейчас одна клиентка тоже в Таиланд умотала, подальше от нашего слякотного холода, – сказала я, опустошая бокал. Обычно я не распространяюсь о своей работе, особенно о незаконченных делах, но сегодня, из-за игристого и этой расслабленной домашней атмосферы, решила немного поделиться. – Там такая история, конечно, жесть.

Все за столом перевели взгляд на меня, и я, чувствуя себя центром неожиданного внимания, продолжила:

— Фальшивая племянница, претендующая на наследство. И я уверена, что она фальшивая, хотя пока никак не могу собрать адекватные, железобетонные доказательства для суда.

— А почему ты так уверена? – живо спросила Галя, отложив вилку.

— Да она так… досконально подготовилась к этому наследованию. Идеально знает все предпочтения покойного, его историю, привычки, какие книги он ставил на какую полку, какой чай пил по утрам. Как будто годами жила с ним в одной квартире, хотя по документам они ни разу не пересекались.