Книга Рецепты любви и убийства, страница 129 – Салли Эндрю

Мне показалось, что донесся какой-то звук. Но я решила, что это просто нервы. Зря я приехала сюда одна. Звук повторился – какой-то хруст? Я встала, чтобы позвонить по телефону из кабинета. Сердце ускорило свой перестук. Я сняла трубку. На линии была мертвая тишина.

Я вернулась на кухню, убрала книги на полку в кладовой. Две странички взяла с собой. Я уже подходила к входной двери, и тут она открылась.

На пороге стоял Корнелиус Ван Вейк. Его зачесанные с одного края на другой волосы были взъерошены, большая лысина блестела, как фарфоровая миска. В руке он держал пистолет. Дуло смотрело прямо на меня.

Я застыла и выпучила глаза, а он держал меня под прицелом. Тело и разум пошли каждый своей дорогой. Колени дрожали, но мозг был доволен – загадка разгадана.

— Так это вы, – произнесли мои губы, повинуясь мозгу, но не ногам.

Он шагнул вперед и выхватил у меня бумаги.

— Вы их нашли, – сказал он.

Пистолетом он указал на меня, потом на дверь.

— Идем.

Разум подсказал мне: зачем куда-то с ним идти? Если он хочет тебя убить, пусть убивает здесь.

Его глаза светились тусклым голубым огнем, но щеки были пунцовые, а усы из шоколадного молока скривились в усмешке. Этот человек явно получал удовольствие от чужого страдания.

Не спорь, делай, что он говорит, сказали мои ноги. Иди.

Но ноги прилипли к полу.

— Ищете Джесси? – спросил он, и ноздри у него раздулись.

Сердце велело ногам двигаться. Надо идти с ним.

Мы прошли по дороге к его запаркованному «гольфу». Земля еще не подсохла, и я ступала осторожно, вдавливая фельтскуны в землю, Питу потом будет что изучать. Ван Вейк, ведя машину, все равно держал меня под дулом пистолета. Я снова уловила странный пряный запах.

— Только без глупостей, – предупредил он. – Иначе застрелю. Будете хорошей девочкой, отвезу вас к Джесси.

Он вытер нос тыльной стороной свободной ладони и шмыгнул носом. Это не был запах еды. Перец! Джесси не далась ему просто так, она сопротивлялась.

— Она вас обрызгала, да? Своим перцовым баллончиком, – произнесли мои губы.

— Скунс пахнет гораздо хуже, – сказал он. – Я охотник.

Я прижала руки к коленям, чтобы унять дрожь.

«Разве тут есть чего бояться? – спросил мой мозг. – Что за дурацкие усы? У школьника и то гуще».

Вот когда нужен Канемайер.

Хорошо, что мой рот промолчал насчет усов.

Ван Вейк вез нас прямо из города, в сторону Барридейла. Он свернул на грунтовую дорогу, которая шла на Тусберг. Проезжая через грязные лужи, он сбавлял ход. Вскоре перед нами оказались металлические ворота с табличкой «Природный заповедник Крайфонтейн», и Ван Вейк остановился.

— Откройте ворота, – приказал он.

Я вышла из машины, ноги все еще подкашивались, но мозг заметил сломанные ветки гремучих кустов у края дороги. Красные цветы были затоптаны в грязь среди следов большой антилопы. «Наверное, эланд, – подсказал мозг, – они любят ломать ветки рогами».

Ван Вейк въехал в ворота, и в кусты шмыгнула мышь. «Беги», – велели мне ноги. Но если они и верили в бегство, мозг знал: бежать быстрее пули я не смогу. Мы медленно ехали по ухабистой дороге и вскоре оказались у небольшого укрытия, где стоял белый внедорожник.

Мы забрались в него, и я увидела заляпанные грязью шины «файрстоун». Мы поехали к высокому Тусбергу. В ярко-голубом небе висели густые серые облака. По ущельям бродили фиолетовые тени. Нас окружали невысокие холмы, покрытые камнями, деревьями гуари и дикими сливами. Мы напугали стадо зебр, и они помчались вверх по холму. Мое сердце скакало, соперничая с ними. «Мы едем в какую-то глухомань. Он меня убьет. – Но мозг возразил: – Ты еще жива. И сейчас увидишь Джесси».