Книга Искусство французского убийства, страница 127 – Колин Глисон

— Шпионы! Я так и знал! – размахивая сигаретой, воскликнул дедушка. – Всюду эти русские!

— Так и есть. – Мервиль, по-видимому, слегка опешил от эмоциональной вспышки. – Русские, которых отправляют – или, точнее, внедряют в Америку в качестве американцев, должны не только иметь надлежащие документы, но и быть хорошо обученными и вести себя как американцы, не так ли?

— Это правда, – подтвердил дядя Раф. – В России есть небольшой город (ради бога, не спрашивайте, откуда я об этом знаю), – сказал он, бросив на нас с Мервелем уничижительные взгляды, – где живут шпионы, которых учат тому, как быть и как вести себя как американец. Так что, когда они попадают в Соединенные Штаты, у них уже есть большая практика в исполнении этой роли.

— Так вот в чем дело! – воскликнула я. – Вот почему Тереза хотела со мной поговорить! О Детройте. Потому что Тед Уайтинг был одним из тех шпионов – предположительно родом из Детройта. Вот почему он говорил о том, что его миссия была прервана.

— Должно быть, Тереза заподозрила его или кого-то другого в том, что он не тот, за кого себя выдает. И она подумала, что я могла бы точно определить, и если бы я это сделала, ее подозрения бы подтвердились. Что-то в нем было не так, но я этого не осознавала до сегодняшнего дня. Этот остров Бобло… я должна была догадаться с самого начала.

Когда я поняла, что все как-то странно на меня смотрят, я объяснила этот эпизод, а также ошибку Теда, когда он использовал слово «газировка» вместо «содовая».

— Значит, Теда собирались отправить в Детройт в качестве шпиона в пользу России? – уточнила Джулия.

— Нет-нет, – покачал головой Раф. – Я полагаю, что его прикрытие состояло в том, что он из Детройта, но, конечно, его отправили бы в Вашингтон или куда-нибудь еще, где можно узнать военные или правительственные секреты. Но ведь никогда не знаешь, когда твое прикрытие раскроют, non, cher?^[81] – Он взглянул на дедушку. – Если бы мистер Уайтинг, работая под прикрытием, столкнулся с кем-то еще из Детройта, его легко могли бы разоблачить.

— И Ребекка Хейс убила его, потому что он оказался не у дел. Потому что его прикрытие раскрыли – или почти раскрыли, – пояснила я. – Но зачем убивать его в театре? Она сказала, что у нее есть план. И я подумала о том, как к этому причастен мистер Хейс. За время моей работы он приходил в театр по крайней мере один раз, а может быть, и два – и в его талоне на пальто было пробито дополнительное отверстие. Он тоже русский шпион? Или он просто работает в посольстве и помогает с поддельными документами?

— Роджер Хейс мертв, – тихо произнес Мервель. – Его тело было найдено в багажнике машины мадам Хейс. Нам только остается предположить, что она намеревалась устроить сцену в театре – и весьма кстати, non? – в которой мистер Уайтинг и мистер Хейс ссорятся и убивают друг друга… таким образом закрыв дело о Терезе Лоньон. Мы бы решили, что мистер Уайтинг, партнер мистера Хейса, виновен, что между ними возникли разногласия, которые привели к гибели их обоих.

— Конечно, маловероятно, что им удалось бы нас одурачить, но… – Он развел руками в той беззаботной манере, которую я в зависимости от случая находила либо очаровательной, либо раздражающей. Я решила, что в данном случае это очаровательно, поскольку он действительно ответил на вопрос.