Книга Служить и защищать, страница 54 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Вот как? — она притворно захлопала глазками. — То есть ты хочешь сказать, что хоть кто-то из них до сих пор поддерживает с тобой отношения? Врешь ведь, детектив.

Я только сжал зубы. Она опять ударила по больному месту. Слишком уж она в курсе, слишком хорошо знает эту историю.

— К тому же поверь мне, для твоих коллег все будет выглядеть так, будто ты преследуешь законопослушную девушку. Да, я знаю — я женщина видная, и многим нравлюсь. Таким, что любят властных. Ты даже не знаешь, какие люди ходят у меня в клиентах.

— И какие? — спросил я, чуть усмехнувшись. — Марти Гольдберг среди них есть?

— Есть, — кивнула она. — И мне тебя жаль, офицер, искренне. Но я не собираюсь тебе помогать. Но хочешь совет лично от меня?

Я подождал секунду, после чего вдохнул, выдохнул и сказал:

— Ну, слушаю.

— Брось это дело. Просто брось. Дай вашим вышибить тебя из полиции и уезжай в другой штат. Найдешь там себе какую-нибудь другую работу. Здесь тебя ничего не ждет, кроме смерти. Как там говорят — выбирая между позором и войной нужно выбирать войну. Но ты вот выбрал войну, и в итоге получил позор.

— Да я знаю, — ответил я. Она была права.

— Ну и еще кое-что, — сказала она. — Ты мне по-своему симпатичен, люблю таких, как ты. Поэтому я не скажу о тебе Марти. И этой встречи не было. По крайней мере, если ты отстанешь от меня прямо сейчас.

— Спасибо, — только и оставалось мрачно буркнуть мне.

— Знаешь что еще, офицер, — проговорила она. — Раз уж ты вызвал меня и не собираешься платить все равно, я могу предложить тебе кое-что другое. Специально для тебя, я обслужу тебя бесплатно. Особо жесткая сессия за то, что ты просто зря потратил мое время.

Я почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок, и невольно отступил назад. Мое воображение почему-то нарисовало яркую картину, как она применяет ко мне все разложенное на кровати содержимое своего чемодана. А может быть, она там и еще что-то найдет.

— Нет, — тут же вырвалось у меня. — Спасибо, не нужно.

— Уверен? — она впервые за разговор улыбнулась, правда в этой улыбке не было ничего доброго — все та же монументальность статуи. — Я думаю, тебе понравится. Я трахну тебя даже посильнее, чем тебя жизнь трахнула. Я же все знаю.

— Уверен, — сказал я.

— Тогда, думаю, разговор окончен.

Она повернулась, аккуратно, я бы даже сказал, педантично сложила разложенные на кровати предметы обратно в чемодан, после чего надела на себя плащ, скрыв латексный костюм. И двинулась на выход, не торопясь и, кажется, ничуть не смущаясь.

— Хорошего вечера, бывший детектив Соко, — сказала она на выходе, не оборачиваясь.

Дверь закрылась, и я остался стоять посреди номера, чувствуя себя полным идиотом. Еще одна ниточка оборвалась, причем в этот раз я даже не смог как следует надавить. А еще она попросту оказалась в курсе всего.

Да что ж мне не везет-то так, а?

Я уселся на кровать, и что-то впилось мне в задницу так, что я подскочил. Повернулся, увидел какую-то прищепку с цепочкой. Похоже, что у нее из чехла упало. Сгреб ее в ладонь и отправил в мусорное ведро. Ну его на хрен.

Что ж, остаются только бармен, до которого еще нужно как-то добраться, и личная помощница Гольдберга, к которой я подступаться откровенно говоря боялся.

А ведь… Если бы я не торопился, вел себя осторожнее, проработал бы улики и данные, которые дал мне Крауз, еще когда я был при значке детектива… Нет ведь, бежал, как пес за сучкой во время течки. А еще у меня были варианты, те же товарищи, с которыми можно было организовать наружное наблюдение.