Книга Служить и защищать, страница 92 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

Я развернулся и вышел из комнаты выдачи снаряжения. Вернулся в раздевалку, швырнул форму обратно в шкафчик, запер его на ключ и вышел из участка. Нужно было поехать домой и успокоиться.

Вечером я снова собрался на свой наблюдательный пост. Наспех пообедал, покормил Рэмбо и Владимира, переоделся в неприметную одежду и снова поехал в Беверли-Хиллз, к дому Митчелл.

Дорога заняла почти два часа, и когда я наконец добрался до знакомой улицы, солнце уже клонилось к закату. Я припарковался на своем обычном месте, и первым, что я увидел, был тот самый синий «Понтиак Акадиан». Только стоял он теперь с другой стороны — так, что я оказался позади него. С такого ракурса разглядеть, сидит ли кто-нибудь внутри, не получалось, но я почему-то был уверен, что там тот же самый мужчина.

Я откинулся на сиденье и размял шею. Ну, это точно не совпадение, он тут третий день подряд уже дежурит. Закономерность. Короче, кем бы этот человек ни был, он явно следит за Митчелл.

Я просидел так около часа, наблюдая одновременно и за домом, и за «Понтиаком». Солнце село, в доме загорелся свет, периодически за занавесками мелькал женский силуэт, но ничего примечательного не происходило. Из «Понтиака» тоже никто не выходил.

Оставалось только ждать.

Ближе к десяти вечера свет в доме Митчелл наконец-то погас. Я подождал еще пять минут, думая, не выйдет ли она сейчас, и не поедет ли куда-нибудь. Но похоже, что хозяйка легла спать.

И я понял, что сейчас этот на «Понтиаке» попросту уедет. А он — тоже зацепка, как ни крути. Кому-то ведь понадобилось следить за помощницей Гольдберга. И похоже, что пора выяснить, кому и зачем.

Тогда я принял решение. Вышел из «Шеветта», прикрыл дверь и двинулся в сторону «Понтиака» стараясь выглядеть, будто случайный прохожий. А когда подошел ближе к машине, услышал звук заводящегося двигателя. Похоже, что кто бы там ни был, он меня увидел и собрался уехать.

Только вот машина не завелась, а двигатель просто чихнул пару раз и заглох. Знакомо — у меня такое тоже периодически бывало, и, вероятно, только благодаря этому моя машина до сих пор при мне, иначе ее давно угнали бы.

Я сорвался с места, резко дернул дверь со стороны пассажира и практически запрыгнул внутрь, захлопнув за собой створку.

Мужчина за рулем дернулся от неожиданности, и его рука рванулась куда-то под водительское сиденье. Я отреагировал быстро, перехватил его запястье одной рукой, но он замахнулся левой. Я перехватил его кулак, и началась борьба. В замкнутом пространстве машины это было тем еще развлечением, но в этот раз мне повезло — я был сильнее. Не зря все же ходил в качалку.

Парень сопротивлялся отчаянно, пытаясь высвободиться, пыхтел, пару раз порывался ударить меня локтем. А когда сделать этого не удалось, яростно зарычал и попытался достать меня головой в лицо — я еле успел отклониться назад. А когда понял, что ему меня не пересилить, издал обреченный вой, ударив затылком по подголовнику, и простонал:

— Гребаная шавка Гольдберга!

Да ты охренел, что ли?

— А может, это ты шавка Гольдберга? — спросил я в ответ. И только теперь спохватился, перехватил обе его кисти правой рукой, прижав их к его же коленям, выдернул из кармана значок и показал ему. — Полиция Лос-Анджелеса! Поднял руки! Быстро! Ну!