Книга Город падших ангелов, страница 42 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

А тут вон оказывается как.

— Я же на ферме в Джерси росла, — сказала она. — И у нас были куры-несушки, петухи соответственно тоже. Еще свиньи, но их я как раз побаивалась. У нас говорили, что мафия, когда им надо от человека избавиться, рубит его на куски и кидает голодным свиньям. И они могут его целиком съесть.

Ну да, я что-то такое слышал. А мафия в Джерси и Нью-Йорке до сих пор в силе, если верить «Клану Сопрано», который еще не вышел, и выйдет только через десять лет.

— Ну так то несушки и обычные петухи, — заметил я. — А этот — бойцовый.

— Ну он злее, да, — кивнула она. — Но принцип такой же — это просто птица. Если знаешь, как с ней обращаться, то никаких проблем.

Владимир переступил лапами по ее руке, устраиваясь поудобнее, а потом закрыл глаза. Я не поверил тому, что видел. Он постоянно квохтал, злился, а теперь вдруг ни с того ни с сего задремал на человеческой руке.

— И давно ты с ним так? — спросил я.

— Сегодня в первый раз попробовала, пока ты на работе был, — Роуз улыбнулась. — Ждала, пока он привыкнет, ну и побаивалась, естественно. Но я ведь его кормила, и вот он теперь нормально.

Я поднялся, сделал шаг к ней и сказал:

— Научи, как его брать.

Интересно же попробовать. Майк Соко — повелитель бойцовых петухов. Звучит же круто. Хотя настоящая фамилия у меня Соколов, а это значит сокол, а не петух. А это уже охотничья птица и покруче будет.

Она наклонилась и посадила Владимира на пол. Он квохнул в очередной раз — недоволен был, похоже, что его сняли с насеста.

— Медленно подойди, — сказала Роуз. — Прямо на него не смотри, гляди немного в сторону, иначе он подумает, что ты его на бой вызываешь. А потом подведи руку под грудь, плавно.

Я подошел к ней. Владимир посмотрел на меня, но отбегать не стал. Я подвел руку снизу, взял его и аккуратно приподнял.

— Теперь просто подержи его так, — сказала Роуз. — А потом он сам встанет тебе на руку.

Я подержал. Владимир посидел немного, а потом в действительности перескочил на ладонь. Аккуратно, даже когтями кожу не поцарапал. И стал стоять. Я посмотрел на него, а он на меня.

— Вот так, — сказала Роуз.

Сара тихо засмеялась на диване. Я повернулся к ней, стараясь не делать резких движений, и проговорил:

— Не смейся.

— Я и не смеюсь, — сказала она, хотя на самом деле смеялась.

Я постоял еще немного, а потом медленно двинулся в сторону ванной. Там присел около кабинки. Владимир сам шагнул внутрь — похоже, решил, что прогулка закончена, и можно ложиться спать. Устроился на моей старой футболке. Я закрыл дверь и вернулся к столу.

— Птицы мне всегда нравились, — сказал Роуз. — Петухи вообще умные, если их не злить без нужды, они вполне спокойные.

— Владимир не очень спокойный, — ответил я, а потом посмотрел на тыльную сторону своей ладони. Да, действительно, ни следа.

— Ну а ты чего хотел? — вступила в разговор Сара. — Он жил в клетке сперва и его заставляли драться. А теперь живет в душевой кабинке.

Я невольно покосился в сторону окна, там у трейлера лежала клетка, которую я так и не собрал.

— Да нет у меня времени клетку собирать, — сказал я. — Я на работе постоянно, катаюсь туда-сюда.

— Ну так давай мы займемся, — предложила Сара. — Я сегодня все равно здесь ночую, уезжать уже поздно.

Значит, сегодня мы будем втроем ночевать в маленьком трейлере. Еще лучше. А мне завтра на работу, и обязательно вовремя — Левандовски вообще опозданий не терпит. Впрочем, я уже привык мыться в холодной воде, потому что всю горячую тратит Роуз. Ну и к хорошему — к горячим завтракам, которые мне не приходится готовить, тоже привык.