Книга Тени над «русским Чикаго», страница 53 – Александр Домовец

Закончив тираду, Соколов умолк и взялся за графин. Видимо, решил вознаградить себя за дедукцию стаканом воды.

— Подкупить коридорного, открыть дверь отмычкой или похитить ключ от номера, скорее всего, может лишь постоялец гостиницы, – заметил я. – Технически ему это проще, чем проникшему со стороны. Хотя, конечно, при желании можно и проникнуть.

— Нельзя! – заявил Подшибякин категорически, и Соколов кивнул в знак согласия. – В «Столичных номерах» вход полностью контролируется – на то имеются специальные люди, и просто так, с улицы, в гостиницу дальше вестибюля не попадёшь. Думаю, Виктор Петрович, что ваше соображение насчёт постояльца вполне резонно.

Алексей пожал могучими плечами.

— Не уверен, – заявил он. Соколов приоткрыл глаза и посмотрел с интересом. – Постоялец – он и есть постоялец. Человек со стороны, приезжий. Откуда ему знать про местных людей и события? Какое ему дело до убийства Данилова, до Бабушкина? Опять же, аноним назвал себя осведомителем. О том, что у Данилова, как у контрразведчика, были осведомители, знали только Бабушкин да мы. О службе покойного в контрразведке – те же самые. Что-то уж больно осведомлённый постоялец получается.

— Тоже резонно, – согласился Подшибякин и с огорчением погладил горшочек. – Кто, почему, зачем… Тут непонятно, там не разберёшь. Полная абракадабра!

Помолчали. Пользуясь паузой, полицмейстер крикнул в приёмную, чтобы поставили самовар и сообразили насчёт баранок. Окинул нас задумчивым взглядом.

— Вообще-то есть в письме одна крохотная зацепка, – сообщил он.

— Это какая же?

— Тут, видите ли, пишется о якобы поездках Данилова в Сарепту.

— Ну и что?

— Как – что? Для начала давайте установим, действительно ли Данилов туда ездил. Бабушкин отрицает, но он может просто не знать. – Подшибякин помолчал. – Хотя знать бы должен… если, конечно, поездки были.

— Почему должен?

— Да ведь от Царицына до Сарепты тридцать вёрст. Туда-обратно все шестьдесят. Да ещё какое-то время провести там… Как ни крути, весь день уйдёт. А если дел много, то и два. Не мог же Данилов исчезнуть со службы на день или на два, не предупредив помощника. Разве что отпуск взял?..

— Ну, допустим, – сказал я с нетерпением. – Узнать-то как?

Выяснилось, что в Сарепте есть собственный участок полиции. Маленький, всего на шесть городовых во главе с начальником, но есть. И теперь Подшибякин предложил послать в участок гонца со специальным запросом. Дать подробное описание Данилова (к счастью, был он приметен) и выяснить, видел ли его на улочках Сарепты кто-нибудь из местных полицейских. А если видел, то где, когда и при каких обстоятельствах.

Идея мне понравилась. Я пообещал сегодня же описать внешность Андрея и прислать полицмейстеру. Тот в свою очередь сообщил, что у него в рамках следствия находятся опечатанные бумаги покойного. Стало быть, можно поискать, нет ли в них фотокарточки Данилова для приложения к запросу.

— Вот и славно, – заключил Соколов, чуть зевнув. – Я нынче составлю документ, а завтра отправим с нарочным. – Зевнул ещё раз, уже более заметно. – Что ещё можно сейчас придумать? Вроде бы ничего. («Пожалуй», – согласился Подшибякин.) Будем ждать развития событий. А я, с вашего позволения, вернусь к текущим делам.

— Над чем сейчас работаете, Герман Валерьянович? – спросил Алексей с интересом, поднимаясь и разминая ноги.