Онлайн книга «Черная книга»
|
Зароков, само собой, дрался традиционно, по-нашему. Но крупные кулаки профессора наносили вполне ощутимые удары. А если учесть, что его руки были длиннее моих и он этим беззастенчиво пользовался, то наш боксёрский поединок пока что складывался не в мою пользу. Стало быть, пора было перейти от бокса к борьбе. Бац!.. Пропустив болезненный удар в нос и на миг ослепнув, я окончательно рассвирепел. Без церемоний схватил Зарокова за борт пиджака и подсечкой, по-простому, сбил его с ног. И навалился сверху. Кирилл Ульянов Пока что мне удавалось отбиваться или уходить от ударов Демона. Удивительный боец этот русский самурай! Даже хромота его не сдерживает. Моя подготовка, конечно, скромнее, — по сравнению с ним я менее ловок и быстр. Хотя кое-что и я могу. В 1905 году, во время боевых действий на Сахалине, я по должности инспектировал лагерь для японских военнопленных. И там внимание моё случайно привлёк один из них. То был человек лет сорока с непроницаемым лицом, невысокий, худощавый, с обильной сединой в чёрной шевелюре, одетый в потрёпанную форму. Начальник лагеря рассказал, что зовут его Юдзиро, и он большой мастер японских единоборств. По моей просьбе Юдзиро продемонстрировал некоторые из своих навыков. Я был поражён его умением драться голыми руками, совершать невероятные прыжки, двигаться с быстротой, не мыслимой для обычного человека. И не просто поражён — очарован. При виде японца проснулась вдруг детская мечта быть сильнее всех. Быть победителем… Юдзиро говорил на ломаном русском, я немного знал японский, и мы поняли друг друга. Я предложил поехать со мной, чтобы учить единоборствам. Обещал хорошие деньги и условия. Японец, прозябавший в лагере, охотно согласился и благодарил, низко кланяясь. В тот день я увёз Юдзиро с собой. Пришлось, конечно, использовать служебное положение… Война вскоре закончилась, я вернулся в столицу, но ещё два года Юдзиро под видом слуги жил у меня. Мы хорошо ладили. Почти всё свободное время я под его руководством изучал карате. После смерти жены жил один (сын из училища приезжал только на каникулы), и ничто не мешало превратить одну из комнат квартиры в небольшой спортивный зал. Сэнсей[21] говорил, что у меня есть способности. К сожалению, достичь серьёзных высот не удалось — Юдзиро затосковал по родине и упросил отпустить его домой, к родителям. Тем более, что за эти годы он у меня неплохо заработал и теперь по меркам разорённой войной Японии считался бы у себя состоятельным человеком. Что ж делать, отпустил с благодарностью. И продолжал тренироваться один, стараясь сберечь полученные навыки. На службе случалось всякое, и они меня порой крепко выручали… Так что, если в схватке с Демоном я пока жив, то лишь исключительно благодаря урокам сэнсея Юдзиро. Разбитый нос, вспухшее ухо и ссадина на скуле — это мелочи, это не в счёт… Вопрос, надолго ли меня хватит. Руки и ноги от усталости и напряжения начали деревенеть. Хотя ещё пытаюсь контратаковать… Катерина Князева Вымучив заметку про пожар и швырнув её Капустину, я быстро-быстро ушла из редакции. На улице схватила извозчика. По пути к Даше гадала, что такого приключилось у подруги, раз вызвонила меня в служебное время. Узнав, что я к Себряковой, швейцар хохотнул. — Ну, сегодня Дарья Степановна точно не заскучает, — сообщил он. |