Онлайн книга «Месть Альбиона»
|
С этими словами он извлёк из сейфа бутылку, рюмки, традиционное блюдечко с лимоном. Устроил всё это хозяйство на чайном столике в углу кабинета. Нарезая лимон, продолжал говорить через плечо: — К этому письму приложена специальная записка для вас. — А я тут при чём? — Речь о вашей работе в Лондоне. В середине мая вас ждут в Букингемском дворце. Будете рисовать племянницу Её Величества. Потом двоюродный внук, за ним и герцог Солсбери. К вам наши аристократы ещё в очередь выстроятся… При всём уважении к российскому рублю, английские фунты поинтереснее будут. Это к вопросу о будущих гонорарах! Глядя в спину и слушая болтовню Фитча, Сергей испытывал сильнейшее желание дать ему по голове — от души, и таким образом завершить посольскую эпопею. Он вдруг почувствовал, насколько устал за последние недели. Если бы не жгучее желание закончить портрет Элен, следовало бы согласиться с Ефимовым и послать всю эту лавочку к чёртовой матери, не дожидаясь провала, — в него-то он в отличие от полковника почти не верил. Фитч уселся в кресло, жестом пригласил Сергея последовать его примеру и пододвинул налитую рюмку. — Давайте выпьем за наше сотрудничество, — предложил он. — Вы помогаете мне, а я обеспечу вашу карьеру в Лондоне. Всё по-честному, как и договаривались… Отсалютовав рюмкой Белозёрову, англичанин нетерпеливо, словно душа горит, опрокинул её в рот и выжидательно посмотрел на собеседника: чего, мол, тянешь? Потом Сергей и сам не мог понять, что остановило его руку с полной рюмкой у рта. То ли странное нетерпение англичанина, то ли давешний разговор с Ефимовым, гвоздём сидевший в голове… И почему Фитч так долго возился у чайного столика, закрыв его спиной? — Что-то не хочется нынче, — сказал Белозёров, ставя нетронутую рюмку. — Часто стал выпивать, супруге не нравится. Да и работать мне ещё… — Вот вы и дёрните для творческой злости, — посоветовал Фитч благодушно, однако в голосе проскользнуло напряжение. Сергей отрицательно покачал головой. — Нет. У нас в России говорят: если душа не принимает, лучше не заставлять. — А у нас в Англии говорят: отказаться выпить с человеком, значит кровно его обидеть, — как бы в шутку произнёс Фитч, но при этом слегка нахмурился. — Ну, извините. Как только приеду в Лондон, так сразу начну жить по английским правилам. — Сергей поднялся. — Что там за дело у вас, Эдвард? Или просто не любите пить в однова́? Так я в этом деле нынче не товарищ… Недобро щурясь, англичанин, в свою очередь, поднялся и подошёл к рабочему столу. Нажал на кнопку вызова в левом углу столешницы. Обернулся к Сергею. — Ну, не хотите пить и не надо. А дело у меня к вам вот какое… Он сделал шаг к Белозёрову. — Вы где взяли своего кучера, Сергей? — скрипуче спросил он вдруг. Серые, глубоко посаженные глаза словно подёрнулись ледяной плёнкой. — А вам какое до этого дело? — ответил Сергей вопросом на вопрос, высоко поднимая брови. — С чего это вы интересуетесь моим кучером? Где взял, там уж нет. Он уже всё понял, да и что тут не понять. Ах, как прав был Ефимов! И как неправ он, Белозёров, — трижды дурак, не послушавший умного, опытного человека… Бесшумно распахнулась дверь в кабинет, и в комнату проскользнули лакеи Алан и Грегори. Дверь прикрыли, встали у порога, — без единого слова. Тут уже не пройдёшь, всё ясно. |