Книга Святой Рейтинг, страница 132 – Александр Домовец

— Постой-ка! А проводника, часом, не Иваном ли Сусаниным звали? – спросил Фёдор, смутно припоминая историческую постановку на канале «Поляк-ТВ».

— Кажись, он… Да неважно. Идём, короче, идём, уже полболота одолели. Он мне всё пистолетом в спину тычет. А чего это, думаю себе вдруг, я его веду, убивца? Мало того, что нехороший человек, так ещё и цацку у доктора-покойника слямзил. А с этой цацкой, чую, таких делов может наворотить… Короче, раздумал я его вести. Шепнул пару слов местной кикиморе, она полковника щекотнула раз-другой, тот и оступился. А остальное трясина доделала, – сурово закончил леший.

Фёдор невольно содрогнулся.

— А потом? – спросил Мориурти, хмурясь.

— А что потом? Развернулся, выбрался на сушу, да и зашагал к вам. Спасибо, добрый человек мимо пролетал, подхватил с собой, – Корней низко поклонился Суй Кию, – Вот только провал в памяти какой-то… Помню, как прилетели в замок. А потом ничего не помню, пока из-под кровати не вылез и вас не увидел. Как я под ней очутился, хоть убей – не пойму.

— Ничего понимать не надо, почтенный, – сказал Суй Кий, улыбаясь в бороду. – Истинная мудрость заключается в том, чтобы воспринимать происходящее с тобой без гнева, печали и удивления.

— Ну, если мудрость, то ладно…

— Так ты и летать умеешь? – спросил Фёдор, гордясь наставником.

— Давно живу, – уклончиво ответил тот.

Между тем за кровавой чертой появились новые персонажи: менестрели во главе с Гаврилой, отцеубийца Алексей в окружении бояр, посиневший царь Пётр со свёрнутой шеей, лесные зверелюди… Похоже, в спальне собралась вся нечисть, рождённая больной фантазией доктора Хаоса, словно магический круг притягивал её магнитом. Валя-Кира, бледная от отвращения, спрятала лицо на груди Фёдора. Тот вопросительно посмотрел на Суй Кия.

— Сейчас, Фёдор, сейчас, – пробормотал наставник, роясь в широких рукавах халата. – Куда же я её засунул?.. Ага, нашёл!

В руках у старого китайца появился предмет, напоминающий небольшую дудочку из тёмного дерева. Подозвав Корнея, Суй Кий начал что-то шептать ему на ухо. Леший внимательно слушал, ухмылялся и нехорошо поглядывал на беснующихся монстров. Закончив инструктаж, наставник вручил ему дудочку.

— Действуйте, почтенный, – напутствовал он Корнея, хлопая по плечу.

— Эхма! – отчаянно выкрикнул леший. – Где наша не пропадала!

Он сбросил зипун на пол, топнул ногой, сунул дудочку в рот и заиграл. Странная это была мелодия – пронзительно-печальная, протяжная, какая-то депрессивная, и нездешняя. Непонятно, откуда простой русский леший научился ей. Но ведь где-то научился! Или Суй Кий научил?.. С дудочкой во рту Корней подошёл к границе круга и переступил её, шагнув прямо к монстрам. От страха за лешего Фёдор закрыл глаза.

Но ничего страшного не произошло. Зато произошло поразительное и непонятное. Открыв глаза, Фёдор увидел, что твари почтительно расступились перед Корнеем. А когда тот, не переставая играть, пошёл на выход, тёмная толпа с мычанием потянулась за ним. Не прошло и минуты, как последний монстр покинул спальню, а пронзительная мелодия дудочки, затихая, звучала где-то на первом этаже.

Фёдор и все остальные кинулись к окну. Они увидели, что Корней, продолжая наигрывать, идёт к воротам. Следом за ним, словно стадо баранов, двигался бестиарий доктора Хаоса в полном составе.