Книга Святой Рейтинг, страница 28 – Александр Домовец

Очарованный сладостными звуками Фёдор, тем не менее, с прискорбием отметил, что красноречие девушки пропало даром. Дубы не только не повернули вспять – они ускорили поступательное движение. Теперь их и членов экспедиции разделяли считанные метры, и отчётливо слышался хищный шелест листвы и нехорошее уханье застрявшего в ветвях филина.

В этот момент Фёдор ощутил жжение на безымянном пальце левой руки. Однако! Если яшмовый талисман проснулся, значит, опасность – смертельная?.. Увы, смертельная… Боец представил, как с четырёх сторон смыкаются древесные тиски, как потом расходятся, оставив от людей кровавую кашу… Он привычно скосил глаза на ободок перстня и оторопел. Оракул сигналил: «Коси под чурбана!»

Замешательство длилось долю секунды, не больше. Инстинкт самосохранения, помноженный на солдатскую смекалку, мгновенно перекрутил подсказку перстня в конкретные действия. Фёдор бережно отстранил Валькирию и смело шагнул вперёд.

— Здорово, братва! – гаркнул он.

При этом боец задрал голову и уставился в крону ближайшего дерева. Застрявший филин ответил вызывающим взглядом.

— Чего смотрите? Или своего не признали? Это ж я, Буратино Карлович, родом из полена… Рубанком струганый, долотом долблёный, наждаком тёртый!

Дубы озадаченно замерли. Заметив это, Фёдор продолжал с удвоенной энергией:

— Что же вы, братья-стволы! Угрозы, подозрения… Как неродные, честное слово… Не думал я, что на исторической родине так неласково встречают!

Дубы недоверчиво зашумели.

— Это почему же не похож? – удивился Фёдор. – Очень даже похож. А с носом я лису Алису и кота Базилио оставил. Пусть караулят, покуда я по делам странствую! И-эх, куда только судьба-злодейка не бросала!.. А эти вот со мной: Мальвина (он с любовью посмотрел на Валькирию), Пьеро (взгляд коснулся Лефтенанта) и папа Карло (профессор быстро закивал).

Далее Фёдор принялся вдохновенно пересказывать содержание сериала «Золотой ключик», памятного с глубокого детства. Живописуя каверзы и подлость Карабаса-Барабаса, боец играл желваками, а, говоря про утраченные золотые, чуть не заплакал. Дубы настороженно внимали.

— Так и живу, – надрывно закончил Фёдор. – Не имеется в жизни щастья. Одна была радость – кукольный театр, да и тот злые люди отняли. Говорят, чурке не полагается, – приврал он, развивая классический сюжет на потребу ситуации. – А я что? Я и впрямь не их. Я наш, древесный!

С этими словами он постучал себя по лбу.

Раздавшийся гулкий звук привёл дубов в абсолютный восторг. Они одобрительно зашумели листвой и принялись рукоплескать ветками. «Он из лесу вышел!» – утвердительно шелестело в воздухе. Филина выгнали взашей, чтобы не портил уханьем радость встречи.

— Я вот что предлагаю, – строго сказал Фёдор. – Утро вечера мудренее. Давайте-ка теперь по местам и спать. А наутро приду в гости, и покалякаем о делах наших скорбных. Экология вон совсем от рук отбилась и вообще…

Приветливо кивая кронами, дубы принялись неторопливо отступать на исходные позиции. Фёдор махал рукой и низко кланялся. Коллеги по экспедиции следовали его примеру.

— Фантастика! – выдохнула Валькирия, когда они остались одни. – Вы его переколдовали!

— Кого «его»? – спросил Фёдор, в изнеможении опускаясь на траву.

— Если бы я знала!.. Но ведь не по своей же воле дубы хотели нас раздавить. Их кто-то натравил. И это очень сильный колдун, очень! Вы же видели, заклинания друидов не подействовали. А вы… Как вам удалось?