Книга Позывной "Лисица": Ноябрь 1941-го, страница 97 – Ксения Чернова

— Он держит Громова, — сказала Александра.

— Почему капитана? — спросила Надя.

— Видел, кто командует. Или Дроздов сообщил.

Громов снова поднялся. На этот раз двигался от воронки к низкой каменной стене, оставшейся от пристройки лесопилки. До неё было около тридцати метров. Если капитан доберётся, сможет подойти к зданию с востока, не пересекая всю дорогу.

На середине пути над оврагом хлопнул выстрел.

Громов резко дёрнулся, но не упал. Сделал ещё два шага, затем колено подломилось. Он опустился в снег, попытался подняться и всё-таки дополз до стены.

— Попали, — прошептала Надя.

Александра уже искала вспышку. На правом склоне оврага качнулась ветка. Чуть ниже снег осыпался с края тёмной ячейки. Она поймала место прицелом, но никакого человека там не было. Только узкий чёрный провал, ведущий вниз.

— Ячейка у сухой сосны, — сказала Александра. — Четыреста восемьдесят. Он уже ушёл.

Немец подготовил несколько огневых точек и связал их скрытым ходом вдоль склона. После каждого выстрела опускался в траншею, смещался на десятки метров и появлялся в другом месте. Простреливать ячейки по очереди бессмысленно. Александра потратит патроны, выдаст себя и всё равно попадёт только в снег.

Громов сидел за стеной. Правая рука держала автомат, левая прижималась к боку или бедру. Из-за камня Александра не могла рассмотреть рану. Если пуля прошла через конечность, капитан ещё способен двигаться. Если вошла в живот, времени оставалось мало.

— Сергей! — крикнул Колесов с левого сектора.

Громов поднял руку, показывая, что жив. Затем указал на лесопилку.

Работа продолжалась.

Старая постройка стояла в ста пятидесяти метрах от его стены. Основное здание было деревянным, вытянутым вдоль оврага. Крыша обвалилась в центре, но две боковые части сохранились. Слева находились занесённые снегом штабеля досок и брёвен. Справа к задней стене подходила лесовозная дорога, спускавшаяся на дно оврага. По ней Дроздов мог уйти к немецким позициям, не появляясь на открытом гребне.

Самого старшего лейтенанта не было видно.

Он либо уже спустился, либо оставался внутри и ждал, пока Келлер расчистит путь.

— Обойти с севера? — спросил Савельев.

Александра покачала головой.

— Овраг поворачивает. Придётся уходить в лес на три или четыре километра, потом искать спуск. Дроздов успеет перейти линию.

— Через юг?

— Ещё дальше. И там немецкие посты.

— Артиллерию вызвать нельзя, — сказал Савельев, словно проверял все варианты вслух. — Линия повреждена. Посыльный вернётся слишком поздно.

— Даже если вызовете, Громов у стены. Калька внутри. После первого снаряда Дроздов сожжёт её или уйдёт.

Надя продолжала считать разрывы. Новая серия легла по дороге, канаве и левому краю опушки. Келлер не видел точного расположения группы после смещения, поэтому снова накрывал заранее пристрелянные участки. Боеприпасов у немецкой батареи или миномётного расчёта действительно было немного. Они не засыпали поле сплошным огнём, а перекрывали вероятные маршруты.

— Следующее окно через минуту, — сказала девушка. — Если ритм не изменится.

— Келлер наблюдает перископом, — произнесла Александра. — Иначе пришлось бы показывать голову между сериями.

Она снова осмотрела склон. В одной из ячеек мелькнула тонкая тёмная трубка, поднялась на несколько сантиметров и исчезла. Не оружие. Верхняя часть окопного перископа.