Книга Как я случайно соблазнила капитана?, страница 12 – Ирина Серебрянская

— Вы слушаете? — спросил он, обернувшись.

— Да! — встрепенулась она. — Карты! Вода! Всё понятно!

Алессандро наклонил голову и прищурился, разглядывая её.

— Аня, — сказал он впервые по имени, и от этого её сердце сделало кульбит. — Вы сегодня покраснели три раза. Если завтра ещё раз, я подумаю, что вы влюблены в меня.

Аня схватилась за сердце. Ей казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Она развернулась и почти побежала к двери.

— Я просто перегрелась! — крикнула она через плечо. — На солнце. И в сауне.

Она вылетела с мостика, не оглядываясь, и бежала по коридорам до тех пор, пока не оказалась в своей каюте. Она влетела внутрь, хлопнула дверью и прислонилась к стене, тяжело дыша.

Нонна сидела на койке и вязала всё тот же шарф.

— Ну что, — спросила она, не поднимая глаз. — Опять капитана встретила?

— Я была в мужской сауне, — выдохнула Аня. — А потом на капитанском мостике. Он сказал, что я в него влюблена.

Нонна отложила спицы и посмотрела на неё с восхищением.

— Доченька, да ты, я смотрю, разгоняешься. Вчера коктейль, сегодня сауна. Завтра — чего? Прыгнешь за борт, чтобы он тебя спасал?

— Я больше ничего не делаю, — заявила Аня. — Сижу здесь до самого конца круиза.

— Ага, — кивнула Нонна и взялась за огурец, протягивая его Ане. — На, съешь. Нервное. И завтра надень не офисный костюм, а что-то летнее. У тебя вообще есть летнее?

Аня посмотрела в свой чемодан. Там лежали четыре офисных костюма, один запасной пиджак, две белые рубашки, крем от загара и ночная рубашка, купленная пять лет назад «на всякий случай». Она до сих пор лежала в заводской упаковке.

— У меня есть ночная рубашка, — сказала она упавшим голосом.

— Ну, надень её и скажи, что это стиль, — пожала плечами Нонна. — Итальянцы любят экстравагантных. Особенно таких, которые врываются в мужские сауны.

Аня взяла огурец, откусила кусок и почувствовала, что соль обжигает губы. Ей захотелось заплакать, рассмеяться и выбросить все костюмы за борт одновременно.

Вечером Аня стояла перед зеркалом в своей каюте и с ужасом смотрела на своё отражение. Сегодня был гала-ужин. Тот самый, на котором все пассажиры наряжаются так, будто собираются на вручение «Оскара», а потом выкладывают фотографии в соцсети с подписью «Жизнь прекрасна, а я в ней — королева».

У Ани был только один выходной наряд. Чёрное платье, купленное четыре года назад на похороны бабушкиного друга. Оно было закрыто до самых ключиц, длиной чуть ниже колен и выглядело так, будто его сшили для женщины, которая собирается на приём к английской королевской семье. Или на судебное заседание по особо тяжкому делу.

— Ну что, — сказала Нонна, сидя на своей койке и с интересом наблюдая за мучениями Ани. — Это что за траурная церемония?

— Это моё единственное вечернее платье, — простонала Аня. — Я в нём выгляжу как пенсионерка на выпускном у внука.

— А ты повернись, — скомандовала Нонна.

Аня повернулась. Нонна покрутила головой и хмыкнула.

— Ну, если отрезать рукава и сделать глубокий вырез ножницами, будет нормально. У меня тут есть ножницы для вязания.

— Нет! — закричала Аня. — Это моё единственное платье!

— Тогда иди так. Может, пронесёт. Вон там, на пятом этаже, одна немка в платье из фольги ходила, и ничего, смеялись только три дня. А ты просто будешь как из другого века. Зато стильно.