Книга Как я случайно соблазнила капитана?, страница 17 – Ирина Серебрянская

Аня улыбнулась, чувствуя, как солнечный свет заливает всё её тело. Но она знала, что это не от солнца.

Лайнер бросил якорь в Неаполитанском заливе ранним утром. Аня проснулась оттого, что в каюту пробился тонкий луч света — единственный иллюминатор в трюме был маленьким, как бойница, и находился под самым потолком. Но даже он сегодня казался щедрым. Солнце играло на воде, отражалось от стен и обещало что-то невероятное.

— Капри, — сказала Нонна, которая уже сидела на своей койке с чашкой чая и смотрела в планшет. — Я читала, там дом такой есть, где влюблённые поцеловались и всё такое. Но я бы посмотрела просто на море.

Аня поднялась с койки, чувствуя, как внутри всё трепещет. Сегодня Алессандро брал выходной. Он сказал ей вчера, что хочет показать ей остров лично. Не как капитан, а как мужчина. Она не знала, что надеть, и остановилась на единственном более-менее приличном летнем сарафане, который у неё был — белый, лёгкий, купленный три года назад «на случай, если меня пригласят на море». Он всё ещё висел в шкафу с ярлыком.

— Ну, — сказала Нонна, осматривая её, — хотя бы не пижама. Уже прогресс. Иди, пока он не передумал. А я, так и быть, посижу с огурцами и поделаю вид, что мне всё равно.

* * *

Аня вышла на палубу, где её уже ждали. Алессандро стоял у трапа — без формы, без фуражки, без всего того, что делало его капитаном. Он был просто мужчиной: в льняной рубашке, расстёгнутой на груди, в потёртых джинсах и босиком. Его загорелая кожа блестела на солнце, и на левом предплечье Аня увидела то, чего не замечала раньше — татуировку. Якорь, обвитый тонкой верёвкой. Маленький, аккуратный, очень личный.

Аня потеряла дар речи.

— Привет, — сказала она наконец, чувствуя, как голос дрожит.

— Привет, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Надеюсь, ты готова к приключениям. Капри — это остров, где даже камни шепчут о любви.

Они сошли на берег в маленькой гавани Марина-Гранде. Вода была настолько прозрачной, что Аня видела камни на дне, зелёные и скользкие, и крошечные рыбки, которые носились между ними. Воздух пах лимонами, солью и жасмином. Неаполь остался на горизонте, туманный и забытый.

Алессандро взял её за руку, и они пошли по узким улочкам, которые вились между белыми домиками. Везде были лимонные деревья, вывески с пастой и итальянские бабушки, сидящие у порогов и обсуждающие соседей. В одной из таких бабок Аня узнала свою маму в старости — только мама бы ещё и её упрекнула.

— Куда мы идём? — спросила она, пытаясь не смотреть на его татуировку, но всё равно смотрела.

— Никуда, — ответил он. — Мы просто идём. В Италии не нужно знать, куда идти. Нужно знать, как наслаждаться.

Они вышли на площадь, где стоял старый фонтан, а рядом — тележка с мороженым. Алессандро купил два рожка — лимонных, потому что «Капри славится лимонами». И протянул один Ане.

Она взяла мороженое, благоговейно его разглядывая. Лимонный шербет блестел на солнце, переливаясь кристалликами льда. Она облизала его — и на секунду забыла о Москве, о работе, о маме, о Серёже.

В тот же миг набежала волна. Там, где они стояли у набережной, вода была всего в нескольких метрах. Весёлая, игривая волна плеснула прямо на набережную, и Аня почувствовала, как холодная вода окатывает её ноги, колени, бёдра и всё тело. Она стояла мокрая с ног до головы, мороженое таяло у неё на щеке, и она смотрела на Алессандро с выражением полного отчаяния.