Книга В этой жизни я смелая!, страница 69 – Снеталия Морозова

— Я рад, как же я рад, - выдохнул граф, поднял мои волосы, оголяя шею.

На шее у меня уже висел кулончик – кристалл связи, я его быстро сняла, сделав из цепочки браслет, надев на руку, подставляя шею.

Камень коснулся кожи, я шумно выдохнула, закрыла глаза. Мне показалось, будто в меня вошло тепло, я накрыла кулон ладонью.

— А можно носить это всегда…

Я даже не спрашивала, тихо проговаривая, разглядывала себя в зеркало.

— Мама его не снимала.

Я развернулась к мужу, уткнулась ему в грудь, обнимая за талию. Заплакала.

— Нади, светлячок мой, ты что?

Я хлюпала, на рубахе Бернара появились влажные пятна. Он широкими ладонями обхватил моё лицо, поднял, большими пальцами смахивая слезинки, сглотнул, волнуясь:

— Ты бередишь мне такие струны души, задеваешь сердце там, куда никто не мог достучаться.

— Ты тожееее, - я рыдала.

Он стал невесомо быстрыми поцелуями осыпать лицо, слизывая слезы, я слышала его жаркое дыхание, поднялась на носочки, обвила шею, он согнулся, и я сама захватила губами жарко его рот. Он простонал низко, отвечая, поднимая меня над полом, подхватил под ягодицы.

Оторвались друг от друга, услышав легкий бег Софи, дверь открылась.

— Пап, мам, смотрите, пока вы не ушли.

Я вытирала слезы, Бернар поправил полы длинного пиджака и рукой пригладил волосы, выдохнул протяжно, но тихо.

Мы разглядывали кружку дочери, то и дело переглядываясь с мужем.

— Софи, а можно я её себе возьму? Будет моей самой любимой!

— Я так и хотела! Я так и хотела!

Малышка крутилась вокруг нас. От той девочки, что увидела я в первый день не осталось и намека, я обняла её и закружила.

— Мама, какое красивое!

Она увидела кулон.

— Это подарил папа, мне тоже очень нравится.

«Надо Софи что-нибудь тоже купить», - пронеслось у меня в голове.

Я надела платье, чулки, гарнитур красиво переливался, и очень подходил моим глазам. Волосы собрала в высокую бабетту, накинула капюшон на голову, мы сели в карету.

— Берни, давай Софи купим какую-нибудь цепочку с камешком? Она же девочка…

— Я так и хотел! – улыбался муж.

Мы заехали в город, я рассматривала дома, витрины, горожан, уже привыкая к новому месту, к новой жизни, чувствуя себя не в гостях, да.

— Бернар, кстати, мне почему-то король сказал, что наша семья и он - будем близки глубже, чем родственники. Что он имел ввиду?

Граф задумчиво потер подбородок, пожал плечами, качая головой в разные стороны.

Карета остановилась, Бернар помог мне выйти. Мы остановились у лавки, на витрине витиевато красовалась надпись «Флёр от Мадам Люсии».

Я подняла выразительно брови, муж, пряча улыбку, подал мне локоть, я положила руку на предплечье супругу, и мы пошли к дверям этого наслышанного места.

Бернар отворил дверь, пропуская меня. Я попала в царство дамского счастья. Небольшое помещение в приглушенном свете, в воздухе еле уловимый запах сладких духов, ненавязчивая тихая красивая мелодия.

«А мадам Люсия креативненько тут всё сделала, со вкусом, отличный маркетолог, уже хочется увидеть эту мадам».

К нам вышла женщина лет пятидесяти, ухоженная, стройная, красивая, со стрижкой а-ля Мерлин Монро, но рыжеволосая, и метким взглядом осмотрела меня.

— О, хоть близи на вас посмотреть, граф Говарди, только в зале суда пару раз вас и видела. Приветствую.

— Добрый день, мадам Люсия. Моя жена очень хотела к вам в лавку.