Книга Здрасте, я — ваше счастье, страница 58 – Наталья Юнина

В такой ранг, в моей не совсем здоровой голове, она встала исключительно за то, что трахалась с моим отцом. Но если отбросить этот факт, она далеко не привычная давалка. Если выключить режим обиженки и некой паранойи, достаточно вспомнить клуб, когда мы друг друга не знали. Вусмерть бухая она не захотела трахаться, это при том, что я обладатель, чего уж греха таить, отличных внешних данных.

И вроде бы осознаю это, но придушить ее с каждой секундой хочется все больше, когда фантазия подкидывает, чем можно заниматься в туалете не по прямому назначению.

Как только мы оказываемся на приличном расстоянии от Тюрина, я останавливаюсь и накидываю на Катю ее пальто.

— Застегнись.

— Мне не холодно.

— Я сказал, застегнись.

— Зачем? До машины же совсем чуть-чуть идти.

— Может быть, за тем, что тебе отшибло память и ты забыла о том, что потеряла одну пуговицу?

— А мне кажется, так и было задумано.

— Чтобы тебя трахнул в туалете Тюрин? — сам не понимаю, как из меня это вырывается. Но, черт возьми, мне нравится делать ей неприятно, равно как и ей мне. В этом мы просто родные души. В ее глазах плещется злость и обида. Ну, вот и отлично.

— Так было задумано, чтобы этой пуговицы не было, — почти невозмутимо произносит Катя, а сама так и думает, как незаметно проткнуть мне каблуком глаз. — Так даже красивее смотрится.

— Ударение на второй слог, радость моя. Ни на «е», а на «и».

— Ни на «е», зато «зае».

— Ты что-то сейчас сказала?

— Вам послышалось, Кирилл Владимирович.

И нет, пуговицы застегивать Катя не спешит. Не выдержав, я сам принимаюсь за дело. Дожил. Справившись с задачей, я беру Катю за руку и как маленького ребенка веду к машине. Как только мы оказываемся на месте и я открываю ей дверь, Катя и не думает садиться. Какого-то черта осматривается по сторонам.

— Чего тормозим? Садись.

— Боюсь, если сяду, то потом придется отсидеть за непреднамеренное убийство, например.

— У тебя богатый выбор. Вместо отсидеть, можно отлежать или…отсосать, — ну, почему эта паршивка вызывает у меня постоянное желание ее поддеть? — Живо села в машину.

Меня хватает ровно на пять минут спокойной поездки в молчаливой обстановке.

— Что я тебе сказал недавно?

— Села в машину, — недолго думая, бросает эта зараза. Я ее точно грохну.

— Ты в этом уверена?

— Нет. Кажется, «живо села в машину».

— Ну, хорошо, радость моя. Я подыграю. Что я тебе до этого говорил? Точнее, какие ценные указания я давал тебе в отношении Игната?

— Не связываться с ним? Так я не связывалась, он сам со мной связался, — Боже, дай мне сил!

— Как вы оказались вместе в туалете?

— Я зашла, чтобы справить свои физиологические нужды. Справила. Вышла, а он из другой кабинки вышел. Ну и все. Я правда перепутала туалеты.

— Допустим. О чем говорили?

— Ни о чем.

— Уверена?

— Ага, — врет. К гадалке не ходи. — Просто попросил телефон, чтобы кому-то позвонить. Свой где-то оставил.

Ну, не дура ли? Никогда не думал, что ситуацию разрядит сама Катя, когда принимается доставать из сумочки конфеты. Стыренные, разумеется. Одна, вторая, третья. Как? Ну как так получается, что в один момент я хочу ее прибить, а аккурат через несколько секунд умиляюсь ее…да хрен пойми чем. Что это? Непосредственность?

— Когда ты успела спереть эти конфеты?