Книга Здрасте, я — ваше счастье, страница 93 – Наталья Юнина

— Ты, блин, серьезно? Ты его убил!

— Кать, давай по-честному. Ты за что больше переживаешь? За то, что осколки придется собирать, пол вытирать и мебель от компота или за то, что я его типа грохнул?

— За то, что в моей квартире труп, — не скрывая сарказма выдает язва.

— Ой, да не переживай. Я его заверну в твой убогенький ковер, который лежит в гостиной. Как раз избавимся от него, ибо он нарушает чувство моего прекрасного. Потом отнесу эту псину в машину и скину в какой-нибудь лес.

— Хватит! — действительно хватит его трогать. — Он, слава Богу, живой. Пульс точно есть.

— Несчастье-то какое, ковер просто так не выбросить.

— Идиот.

Ну, тут не поспоришь. Такую дичь я не творил даже в юности. Разве что по пьяни. И то, после появления в моей жизни Кати. По логике — надо убрать источник моей дурости и неконтролируемых поступков. Но с логикой я сейчас дружить не хочу. А вот Катю, да — хочу. Даже сейчас несмотря на то, что эта псина валяется у наших ног и на Катину простуду.

— Это ты во всем виновата, — сам не понимаю, как из меня это вырывается.

— Я?

— А кто согласился пойти с ним на стендап? Кто ходит с ним по выставкам и играет намеренно на моих нервах?

— Ни на чем я не играю. Ты вообще ничего не понимаешь.

— Да уж, куда мне до тебя.

— Как ты вообще оказался в моей квартире?

— С помощью ног и рук, Катенька.

— Но ты ушел. Я слышала.

— Ушел, после осмотра твоего холодильника. Пошел за продуктами, чтобы сварить тебе суп и компот.

— Бред какой-то, — и тут тоже не поспоришь. Я творю дичь. Суп и компот. Это что вообще такое? — А как Игнат здесь оказался, исключая руки и ноги?

— А разве не ты собиралась с ним на стендап? Вот и пришел к тебе. Правда, почему-то не захотел свалить с порога при виде меня. Видимо, ему настолько пригорает тебе присунуть, что забыл, что он интеллигентный с виду пес, а не шавка подзаборная.

— То ли дело вы, да, Кирилл Владимир? Вообще не желаете этого.

— Очень даже желаю. Но, в отличие от него не скрываю своих намерений и не желаю казаться лучше, чем есть. Эта же псина в твое отсутствие показывает совершенно иное поведение. Не догадываешься, откуда у меня вдруг возникли проблемы на ровном месте?

— Чушь собачья. Но после того, как ты его треснул сковородой по лбу, не удивлюсь, если он устроит тебе проблемы. Как ты мог? Зачем?

И ведь сам не понимаю, какого черта долбанул его по башке. Драки — не мой конек. Хотя, кого я обманываю? Я заехал ему сковородкой по одной лишь причине. И это отнюдь не из-за моих догадок, что Тюрин имеет отношение к моим проблемам. Я тупо повелся на его слова, о том, что он трахнет Катю.

И ведь понимаю, что она с ним не спит, играет, идиотка, держа на коротком поводке и не осознает к чему это приведет, но точно не трахается. И все равно повелся. И если уж быть откровенным, испытал наслаждение, когда эта псевдоинтеллигентная сволочь получила по лбу.

Однако удовлетворение сменяется злостью и раздражением, когда я осознаю, что Катя не только трогает Игната, пытаясь привести в чувства, но и я собственноручно сделал так, что теперь эта дурочка будет чувствовать себя обязанной и поведется на его очередное приглашение хрен знает куда.

— Помоги оттащить его на диван.

— Еще чего. И так очухается.

Наливаю холодную воду в стакан и не раздумывая выплескиваю на Тюрина. Как и ожидалось, после холодного душа он приходит в себя. Зыркает на меня своими противными глазенками, мысленно уже прикидывая, как мне отомстить. Катя же принимается вести себя, несмотря на болезнь, так, как я привык видеть ее со мной. Режим прелестной дурочки, по которому я малость соскучился.