Книга Ну какой же ты мерзавец!, страница 112 – Арина Арская

Но я не позволю ему сорваться. Не здесь. Не сейчас

Я протягиваю руку и касаюсь его ладони

Кончики моих пальцев скользят по его горячей коже, а затем я сжимаю его руку. Он весь вздрагивает, будто от удара током. Голова его резко поворачивается в мою сторону, и он смотрит на меня так, будто видит впервые. В его глазах — смесь удивления, растерянности. Он будто забыл, что приехал со мной

— Всё будет хорошо, — говорю я тихо, но твёрдо

Я смотрю ему прямо в глаза и не отвожу взгляда. Позволяю ему увидеть, что я не боюсь. Что я здесь. Что я не дам ему упасть в эту пропасть бешенсвта, в которую он сам себя толкает

Несколько секунд он просто смотрит на меня, не моргая. Потом что-то в его лице меняется. Напряжение не уходит, но становится другим, менее диким, более управляемым. Он медленно выдыхает, и его пальцы в моей руке чуть расслабляются

Я хочу убрать ладонь, но Демьян перехватывает мои пальцы раньше, чем я успеваю это сделать. Его рука смыкается на моей, сильная и горячая.

Я позволяю ему держать меня за пальцы ровно столько, сколько ему нужно. Через несколько секунд его хватка ослабевает, и он отпускает мою руку, позволяя мне спрятать ладони за спину

Мы выходим из сосновой аллеи в сад

Розы здесь растут повсюду: белые, розовые, алые, жёлтые. Они вьются по кованым аркам, поднимаются к небу, спускаются каскадами с каменных стен.

Огромные пышные гортензии с шапками соцветий всех оттенков голубого и розового заполняют пространство между розовыми кустами.

Я вижу лаванду, её тонкий, пряный аромат смешивается с запахом влажной земли и сладким дыханием роз. Какие-то кустовые цветы, которых я не знаю, рассыпаны по клумбам яркими пятнами

Запах здесь ошеломляющий. Тёплый, густой, он обволакивает со всех сторон. Я вдыхаю его полной грудью и чувствую, как внутри всё расслабляется. Кажется, что даже воздух здесь имеет цвет:золотистый, чуть розоватый от бликов на лепестках

В глубине сада, у большого куста с белыми розами, возится женщина. Она одета в тёмно-серый подрясник и чёрный фартук, голова покрыта тёмно-серым платком, завязанным на затылке узлом

Она не замечает нас. Она полностью поглощена своим занятием. Ловкими движениями она подсыпает под кусты белые гранулы, которые тают в тёмной, рыхлой земле. Периодически она останавливается, чтобы сорвать сухие или пожелтевшие листья с нижних веток, и отбрасывает их в сторону.

Мать-настоятельница делает уверенный шаг вперёд и повышает голос:

— Марина! К тебе пришли

Женщина замирает. Рука её, держащая совок, останавливается на полпути к земле. Она медленно откладывает инструмент, снимает с рук садовые перчатки, аккуратно кладёт их на край клумбы. Поправляет платок на голове

А затем она оборачивается

Она совсем не похожа на Демьяна. В её лице нет хищной, жесткой красоты, того опасного излома бровей и стальной линии челюсти.

У Марины лицо мягкое, почти круглое, с тёплым, добрым взглядом, который светится из-под седых ресниц. Глаза у неё карие, но не тёмные, как у сына, а светлые, с золотистыми искорками

Небольшой, аккуратный нос с едва заметной горбинкой, губы чуть припухшие, с трогательной детской линией. Подбородок у неё округлый, мягкий, без той волевой решительности, которая так отчётливо проступает у Демьяна

Морщины пролегли у глаз и у губ, оставили следы на лбу и щеках, но эти морщины придают её облику особую, грустную красоту.