Книга Осколки первой любви. Его наваждение, страница 211 – Лена Бонд

— Вот она, дедушкина принцесса! – Как только я открываю калитку, папа подхватывает внучку на руки и кружит ее, вызывая у малышки восторженный смех. – С днем рождения, солнышко мое! Как же ты выросла, моя хорошая!

Сердце наполняется теплом при виде этой картины. Еще три года назад я даже не знала о существовании своего отца, а сегодня не могу представить нашу жизнь без него. Без его мудрых советов, без его искренней заботы, без его безграничной любви к Мирославе.

— Привет, пап, – здороваюсь я, и он, не опуская внучку, обнимает меня свободной рукой.

— Привет, родная. – Его голос звучит так тепло, что я на мгновение тоже чувствую себя маленькой девочкой. – Чудесно выглядишь, как и всегда.

— Анечка! – Марина обнимает меня, и я чувствую аромат ее нежных духов. – Как же мы соскучились! Ты не представляешь, Толя считал дни до поездки!

— Марина! – смущенно выдает папа, немного краснея.

— Я тоже очень скучала, – искренне отвечаю я, обнимая ее в ответ. – Вы просто не представляете, как много Мира говорит о вас! Каждый день спрашивала, когда же приедут дедушка и бабушка Марина.

— Правда? – Глаза Марины наполняются слезами счастья. – Иди ко мне, моя хорошая. – Она протягивает руки к Мирославе, и та с готовностью перебирается к ней с рук дедушки.

Андрей подходит следом, широко улыбаясь.

— Привет, сестренка! Поздравляю тебя. – Он крепко обнимает меня, приподнимая над землей. – Где там Рус прячется?

Я смеюсь, поправляя волосы после его медвежьих объятий.

— На заднем дворе воюет с гирляндами. Думаю, ему не помешает мужская помощь, а то я в этих проводах совсем не разбираюсь.

— Сейчас все организуем! – подмигивает Андрей и, потрепав по голове Миру, которая все еще сидит на руках у Марины, направляется на задний двор, по пути выкрикивая: – Эй, Рус! Специалист по электрическим гирляндам прибыл!

В этот момент из дома выходит моя мама, вытирая руки о фартук.

— Я услышала голоса. – Она улыбается, глядя на нас. – Толя, Марина, как долетели?

Три года назад я боялась, что встреча моих родителей будет неловкой, но они удивили меня своей мудростью. Ради меня, ради Миры они научились быть не просто вежливыми друг с другом – они стали одной семьей, пусть и такой необычной. Поначалу мама чувствовала себя неловко, особенно из-за того, что в первые полгода после воссоединения нашей семьи последствия инсульта были видны невооруженным взглядом, особенно левая рука, которой мама все еще с трудом могла шевелить. Но отец нашел в Москве хорошую клинику, после нескольких курсов лечения в которой маме практически полностью вернули возможность полноценно функционировать обеими руками. Папа тогда взял все расходы на себя, сказал, что для него это важно, а мама была ему очень благодарна за это.

— Отлично долетели, Люда, – отвечает отец, обнимая маму. – Погода была хорошая, да и рейс не задержали. Ты как? Все хорошо?

— Да все потихоньку, спасибо. – Мама смущенно улыбается. – Пойдемте в дом, я как раз закончила с тортом. Хочу показать, что получилось, пока Мира не видит, – шепотом добавляет она, хотя Мира вряд ли что-то слышит, увлеченная крупными серьгами своей второй бабушки.

Отец кивает, берет чемоданы и яркие пакеты с подарками, Марина отпускает Мирославу, и они идут за мамой в дом.

Я не успеваю далеко отойти от калитки, как снова раздается звонок. За забором стоят Лера с Тимуром, держась за руки, а за ними – Алиса с мужем Игорем.