Книга Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона!, страница 144 – Виолетта Вейл

Ему нужно было иметь возможность пользоваться несколькими системами или заставлять людей внутри них делать нужные вещи.

Ивар менял архивные записи не потому, что был участником большой схемы.

Его заставили.

Берн доставил флакон не потому, что хотел убить Кассиана.

Он выполнял обычное распоряжение.

Возница в накладной вообще ничего не перевозил.

Его имя просто использовали.

Значит, искать только людей, присутствующих на каждом этапе, было ошибкой.

Организатор мог почти нигде не появляться лично.

Я перевернула страницу.

Где человеку все-таки пришлось оставить непосредственный след?

Первое: создание или получение фальшивой матрицы.

Второе: работа с зеркальной солью.

Третье: вывод материала со склада.

Четвертое: физическая подмена лекарства Кассиана.

Пятое: проникновение в кабинет после его смерти.

На первых четырех этапах могли быть исполнители.

На пятом человек рисковал лично.

Если только и там не использовал кого-то другого.

Я вернулась к документам из главы о зеркальной соли.

Государственный склад.

Полная партия выехала по бумагам.

Мастерская получила меньшую.

Накладная поддельная.

Возница поддельный.

Но кто-то на складе должен был физически отдать полный объем.

Материал нельзя провести одной записью.

Я остановилась.

Мы слишком долго смотрели на архив и канцелярию.

Но почти не разговаривали с людьми, которые реально выдавали зеркальную соль со склада.

Не с журналом.

С человеком у двери.

Я закрыла тетрадь.

Маэр запретила допросы до завтра.

Правильно.

Значит, сегодня я могла только подготовить вопрос.

Утром первой попросила встречу с ней.

Она приняла меня в восемь.

Я положила перед ней один лист.

— Я не собираюсь спорить с вашим решением.

— Неожиданно хорошее начало.

— Хочу исправить ошибку.

— Слушаю.

Я показала схему движения зеркальной соли.

— Мы знаем, что на бумаге со склада вышел полный объем.

— Да.

— Мастерская получила меньше.

— Да.

— Накладная с поддельной подписью говорит, что получила все.

— Да.

— Мы проверяли документы, возницу, архивную запись и Тирна.

— Да.

— Но почти не проверили людей, которые физически отпустили материал со склада.

Маэр посмотрела на схему.

— Почему?

— Потому что журнал выдачи выглядел настоящим.

Она подняла глаза.

Я почувствовала неприятное узнавание собственной ошибки.

Снова настоящий документ, которому мы позволили означать слишком много.

— Кто подписал фактическую выдачу? — спросила Маэр.

— Старший кладовщик и контролер смены.

— Имена?

Я уже выписала.

— Старший кладовщик умер три месяца назад. Контролер смены — Мартен Грил. Сейчас работает в том же государственном складе, но на другом участке.

— Его уже спрашивали?

— Только письменно при первоначальной проверке. Он подтвердил, что партия выходила со склада.

— И все?

— Все.

Маэр несколько секунд молчала.

— Вы хотите поговорить лично.

— Да.

— Почему считаете, что он скажет больше?

— Не считаю. Хочу спросить не «выдавали ли вы партию», а как именно ее разделяли, кто забирал ящики и были ли изменения маршрута после выхода со склада.

Маэр посмотрела на меня.

— Вот теперь разрешаю.

— Спасибо.

— И еще, Вера.

— Да?

— Вчера вы потеряли часть доверия комиссии.

Я спокойно выдержала.

— Знаю.

— Сегодня не пытайтесь вернуть его красивым результатом. Просто работайте.

— Согласна.