Книга Не моя классная, страница 61 – Тата Кит

Целую его в ответ, но не могу перестать думать: он всё время наших отношений катает меня на таких эмоциональных качелях? Или только последнее время? Или всё дело в том, что после слов Максима о том, что Егор убил людей, я отдалилась от собственного мужа и теперь словно наблюдаю за ним со стороны? И, честно говоря, то, что я вижу, попахивает каким-то психическим отклонением. И не с моей стороны. Хотя, может, и с моей тоже, учитывая, что я до сих пор остаюсь во всём этом.

— Егор Николаевич, — в кабинет вошла секретарша с пакетами из доставки. — Ваш заказ.

Егор в ту же секунду прервал наш поцелуй, выпрямился, и я увидела, что его лицо стало абсолютно каменным.

Секретарша поставила на стол пакеты и отошла. Встала по стойке смирно и смотрела на моего мужа, будто в ожидании нового распоряжения.

— Что-нибудь ещё? — спросила она, бегая взглядом от Егора ко мне.

— Ты уволена, — бросил Егор абсолютно хладнокровно.

— Но… — у неё отпала челюсть.

— Егор, — прошипела я. — Зачем?

— Уволена. Можешь идти.

— Но… за что? Я же…

— Пошла вон, я сказал! — Егор крикнул так внезапно и громко, что мы обе вздрогнули.

Я посмотрела на девушку извиняющимся взглядом, желая дать понять ей, что это не я так решила.

Она посмотрела на меня с ненавистью. В её глазах стояли слёзы, но она, сжав губы в нитку, молча вышла из кабинета, не забыв хлопнуть дверью, разумеется.

— Егор, зачем ты так? — спросила я у мужа, который уже с лёгкой улыбочкой смотрел, что находится в пакетах из доставки.

— Что? — он невинно посмотрел на меня.

— За что ты её уволил?

— Ты же сама сказала, что тебе не нравятся её сиськи и ты подозреваешь, что у меня может с ней что-то быть. Как видишь, мне на неё плевать. Кофе или чай?

— Егор, это неправильно. Так нельзя. Мало ли, что я думаю. Если она хорошо справляется со своими обязанностями, то её не за что увольнять.

— Ев, давай пообедаем, и мне пора ехать на производство. Опять на одной из пилорам следаки что-то искали. Надо проверить.

— Я с тобой.

Я должна лично всё увидеть.

— Зачем? — он недовольно вздохнул. — Тебе там делать нечего. Там шумят пилы и работает всякий сброд. Не хочу, чтобы ты это видела.

— А я просто хочу быть к тебе ближе, — промурлакала я кошечкой и, подойдя к нему, положила голову на его плечо и как лань заглянула в глаза. — Ну, пожалуйста!

— Ладно, — сдался Егор и приобнял меня. — Но ты никуда не лезешь и не отходишь от меня. Не хочу, чтобы и с тобой что-нибудь случилось.

Большая огороженная территория за одним из загородных посёлков встретила нас лаем бродячих собак и шумом техники.

Работали погрузчики, ездили большегрузы, с которых либо разгружали брёвна, либо загружали на них светлый свежий брус, доски и прочий пиломатериал.

Огромные залежи брёвен вокруг, горы опилок, несколько строений внутри территории и на каждом кипит работа. Промышленные пилы не просто гудят, они визжат на всю эту огромную территорию.

И я знаю, что это далеко не единственная пилорама, принадлежащая семье Егора. От масштабов, с которыми они имеют дело, буквально кружится голова.

Здесь нет ни одного рабочего, который бы просто стоял прислонившись спиной к забору и курил, прохлаждался.

Работают все. Все чем-то заняты, каждый что-то делает.

— Здравствуйте, Егор Николаевич, — нас встретил пузатенький мужичок приятной внешности. На папу моего чем-то похож — такой же трудоголик, наверное. По крайней мере, визуально выглядит как очень ответственный человек с кучей обязанностей.