Книга Между строк, страница 38 – Коллин Гувер

— Лейкен, погоди, – окликает меня Ник.

Черт, а я только подумала, что унесла ноги!.. Оборачиваюсь: Ник стоит на моей подъездной дорожке и мнется.

— Мы с Эдди и Гэвином хотим на этой неделе сходить в пиццерию. Пойдешь с нами?

Ну вот. Мне определенно стоило отвергать все предыдущие знаки внимания с его стороны. Чувствую себя последней гадиной: знала ведь, что морочу ему голову!

— Даже не знаю. Надо спросить у мамы. Завтра скажу, хорошо?

Увидев полный надежды взгляд Ника, я опять жалею, что сразу его не отшила. Не хочу напрасно обнадеживать.

— Ага. Тогда до завтра! – прощается Ник.

Когда я захожу домой, Колдер и Кел уже сидят за барной стойкой и делают уроки.

— Колдер, ты теперь живешь с нами?

Он поднимает на меня большие зеленые глаза – точь-в-точь как у Уилла.

— Могу пойти домой, если нужно.

— Да нет. Я шучу. Когда ты здесь, этот хвостик хоть ненадолго от меня отстает, – говорю я, ласково обнимая Кела за плечи, и иду к холодильнику за соком.

— А этот Ник – твой парень, да? Я думал, ты с моим братом встречаешься.

Наблюдение Колдера настолько застает меня врасплох, что я давлюсь соком.

— Нет! Ни с кем я не встречаюсь. А с твоим братом мы просто друзья, Колдер.

— Ну-ну! – Кел хитро переглядывается с другом. – А я видел, как вы с Уиллом целовались в тот вечер! У меня окно выходит на дорогу.

Сердце чуть не выпрыгивает из груди. Я подхожу к стойке и, опершись на нее обеими руками, грозно говорю:

— Кел, не смей никому об этом рассказывать, понял?

Он широко распахивает глаза, и они с Колдером испуганно отстраняются, когда я подаюсь к ним.

— Я серьезно. Тебе померещилось, ясно? У Уилла могут быть большие неприятности, если ты станешь об этом трепаться.

Оба принимаются кивать. Я отстаю от них и иду к себе. Отыскав в рюкзаке тетрадь, бросаю ее на покрывало, чтобы приняться за уроки. Увы, ничего не выходит. Мысли путаются. Не дай бог кто-то узнает о нас с Уиллом! Как бы тяжко мне ни далось расставание, будет гораздо хуже, если Уилл потеряет работу. Она ему нужна. Когда погибли его родители, он был всего на год старше меня – и в таком юном возрасте фактически стал отцом-одиночкой. Какое я имею право что-то ему высказывать? Да, мне больно, что мы не можем быть вместе, но моя боль – пустяк в сравнении с тем, что испытывает сейчас Уилл. С каждым днем я все больше ощущаю себя его ученицей, а не сверстницей.

Ладно, пора браться за стихотворение, решаю я, надо хоть пару строк написать. К сожалению, когда спустя полчаса в комнату заходит мама, я по-прежнему пялюсь на чистый тетрадный лист.

— Где твой джип?

— Ой, забыла сказать. Он не заводится – похоже, с генератором какая-то беда. Я оставила его на школьной парковке.

— Как можно было о таком забыть?! – сердито вопрошает мама.

— Прости! Ты спала, когда я вернулась домой. Ты болеешь, вот я и не стала тебя будить.

Она вздыхает и садится на мою кровать.

— Не знаю, когда смогу сдать твою машину в ремонт. Следующие несколько дней я работаю. Может она пока постоять у школы?

— Завтра спрошу. Вряд ли кто-то вообще ее заметит.

— Хорошо. Ладно, мне пора на работу.

Мама встает и собирается уходить.

— Погоди, у тебя же еще несколько часов до начала смены.

— Хочу сперва уладить кое-какие дела, – поспешно отвечает она и уходит, оставляя меня гадать, что это за дела такие.