Книга Между строк, страница 44 – Коллин Гувер

— Лейкен, твой выход.

Я готова. Больше того, я очень довольна своей работой. Стих получился коротким, но понятным и емким. Я уже выучила его наизусть, поэтому тетрадь оставляю на парте.

— Можно вопрос? – спрашиваю я; сердце так и колотится в груди, ведь я впервые за месяц осмелилась заговорить с Уиллом перед всем классом.

С ответом он не спешит, как будто не может решить, имею ли я вообще право задавать вопросы. Наконец кивает.

— По времени есть какие-то ограничения? Существует минимум?

Не знаю, какого вопроса Уилл ждал, но этот его явно устраивает.

— Главное – донести мысль. Помните, что правил здесь нет.

Голос у него слегка надламывается. Я прямо вижу, что он тоже вспоминает все случившееся прошлым вечером. Вот и славно.

— Хорошо, – с запинкой выговариваю я. – Тогда начну. Мое стихотворение называется «Гад».

Выхожу к доске и с гордостью читаю наизусть свою «вещицу»:

Если верить словарю…

И мне,

У слова «сволочь» есть больше тридцати синонимов и оттенков смысла.

(Дальше я резко повышаю голос – весь класс, включая Уилла, вздрагивает – и начинаю выкрикивать слова.)

Гнида, мерзавец, тварь, подлец, бессердечный, бездушный, злобный, злонамеренный, засранец, сукин сын, дрянь, скотина, стервец, вредитель, мудак, исчадие ада, жлоб, безжалостный, свирепый, лютый, чудовищный, бесчеловечный, беспощадный, жестокий, жестокосердный, варвар, дикий, грубиян, падла, поганец, изверг, изувер, негодяй…

И мое любимое – гад!

Возвращаясь на свое место, я украдкой бросаю взгляд на Уилла: тот сидит весь красный, крепко стиснув зубы. Первой начинает хлопать Эдди, вскоре к ней присоединяются все девочки класса. Сцепив руки на груди, я упираюсь взглядом в парту.

— Ого, – присвистывает Хави. – Это кто ж тебя так обидел?

Звенит звонок, и все начинают выходить из класса. Уилл не произносит ни слова. Я начинаю собирать вещи, когда ко мне подбегает Эдди.

— Ты у мамы отпросилась? – спрашивает она.

— У мамы? Куда? – недоумеваю я.

— На свидание! Ник тебя вчера звал, помнишь? Ты сказала, что спросишь у мамы.

— Ах да!

Неужели это было вчера? Кажется, что в прошлой жизни. Я быстро кошусь на Уилла и вижу, что тот внимательно прислушивается. Ждет, что я отвечу Эдди. Лицо у него каменное – попробуй разбери, что он сейчас чувствует. Надеюсь, все-таки ревность.

— Да, конечно, я пойду. С удовольствием, – бессовестно вру я, не сводя глаз с Уилла. – Так Нику и передай.

Уилл хватает со стола ручку с блокнотом, закидывает их в ящик и с грохотом его задвигает. Эдди от неожиданности подпрыгивает на месте и испуганно оборачивается. Уилл встает и принимается мыть доску, как будто нас не существует. Эдди возвращается к разговору:

— Супер! Мы решили идти в четверг, чтобы сразу после пиццерии поехать на слэм. За тобой зайти?

— Ага, давайте!

Радостно захлопав в ладоши, Эдди уносится прочь. Уилл продолжает тереть чистую доску. Я тоже направляюсь к выходу.

— Лейкен, – холодно произносит Уилл.

Я замираю в дверях, но не оборачиваюсь.

— Твоя мама по четвергам работает. Я на четверг всегда приглашаю няню, потому что хожу на слэмы. Можешь перед уходом просто отправить Кела к нам. Когда пойдешь на свидание.

Не ответив, я выхожу из класса.

За обедом все как-то не клеится. Эдди уже сообщила Нику о моем согласии, и теперь все оживленно обсуждают наши совместные планы. Все, кроме меня. Я только изредка киваю и что-то бормочу в ответ. Аппетита у меня тоже нет, поэтому большую часть моего обеда съедает Ник. Я размазываю по тарелке рисовую кашу, местами замешивая ее с каплями кетчупа. С виду это чем-то напоминает останки задавленного в нашем дворе снеговика. Несколько дней подряд я выезжала на дорогу через его обледеневший труп. Интересно, если я случайно собью Уилла, мой джип и через него переедет так же запросто?