Книга Цвет любви – МЫ, страница 139 – Анна Евдо

— Их не нужно красить. – Она спокойно встретила его удивлённый взгляд. – Гаражи укроют искусственным газоном, а на ворота навесят стилизованные деревянные шпалеры. Это, – Рора предварила логичный вопрос Клима, – вклад моего папы в наш проект. Мама его всё-таки попросила.

— Ничего себе! – Клим почесал затылок. – Здесь реально появится царство гномов с настоящими зелёными холмами.

— Завтра порисую красками, которые ты купил. Доработаю птичьи мини-дворцы. – Аврора выразительно взмахнула левой рукой, изображая, будто держит в ней кисть.

— Курс налево, малява! – поддержал её Клим.

Путь до личного гаража получился в два раза дольше обычного. Клим шёл медленно, но не только потому, что мышцы наливались свинцом, а тело ныло от продолжительной физической нагрузки. Его огорошила колоссальная отдача и вовлечённость людей в затеянный им процесс. Они вселяли непоколебимую уверенность в том, что результат превзойдёт самые смелые ожидания. Он опасался просчитывать смету расходов, которые могли потребоваться, если бы жильцы не откликнулись столь массово. Но они отозвались и делом, и советом, и материалами. В итоге весь сегодняшний пир и переделка одновременно стоили копейки и были бесценны, ведь каждый вложил то, что ему самому досталось не бесплатно, но получил в ответ в разы больше.

Клим не обманывал себя: стопроцентная явка на субботник состоялась не ради его сомнительной харизмы и даже не ради красивых глаз Авроры. Рыжая девчонка умела пробудить что-то хорошее и искреннее в каждом человеке, и тот не замечал, как начинал творить то самое добро, которое в сказках всегда побеждает зло. Даже её отец, не зная свою дочь, оплачивал вовсе не её капризы.

Рора не подавала пример специально и не ждала ничего взамен, но она предлагала выбор, который каждый был волен сделать сам, внезапно осознавая, что варианты действительно есть, что чёрное может быть вглушняк, как уголь, или прозрачным, как тень.

Она постоянно вытаскивала из Клима то, чего, как он считал, в нём нет и никогда не было. Вернее, не вытаскивала. Оно само лезло, будто невсхожие семена, которые его бабушка сажала в горшки на подоконнике, а потом целыми днями двигала их по траектории солнца, наконец проросли и дали ростки.

«“Потому что живое тянется к свету”, так я, кажется, спонтанно брякнул Авроре по телефону, – вспомнил Клим. – Невозможно к ней не тянуться. Вон и Валера-курьер очаровался по самое не балуйся. Только она от него за тучку заходит, а по мне всем прожектором лупит на полную мощь. – Клим потёр грудь, где вдруг стало тесно и щекотно. – Запущенный, похоже, случай, раз столько энергии приходится обрушивать на меня».

Клим тяжело рухнул на сиденье, выгнал машину наружу и повращал шеей. Пока пахал, как папа Карло, не вспоминал о ней, а сел – и посыпался. Он уставился в нутро гаража, представляя, как фиксирует раскладушку ровно горизонтально, падает на живот и мгновенно вырубается, несмотря на батальон мыслей в голове. Клим тряхнул этой самой головой: «Нельзя. Нужно ловить Милу. Пора развязать или разрубить нахрен дурацкий узел, который стягивает уже все внутренности».

Блямкнул телефон.

Закончили, труженики?

Сообщение от Миланы читалось как знак, что Клим думает в правильном направлении.

Без рук и ног