Онлайн книга «Родинка на линии судьбы»
|
— Но! Не тебе о наследниках моих судить! Ох и допрыгаешься ты, Павел! Ей Богу, допрыгаешься! До рудников. — Свят! Свят! Свят! — Павел повалился в ноги благодетеля. — Это за что же такие милости? Тридцать лет верой и правдой — и на рудники! Есть на свете Божья справедливость! — Не юродствуй, — сердито оттолкнул племянника носком чувяка Глава. — В прежние времена за такие хохмы тебя бы на кол посадили. Ворон кормить. — Не нравится? — зло усмехнулся Павел. — То-то же. Мне тоже не нравится. Когда нужен был, по столицам на самолётах возили. А теперь соглядатаем за родным сыном пристроил! Рудниками стращаешь. И после этого хочешь, чтобы не юродствовал раб божий Павел. Тогда что? Революцию устраивать? Или дворцовый переворот? — Паш, разве для этого я тебя в двух институтах обучал? — примирительно вздохнул старик. — Верных-то всё меньше и меньше рядом. А ты тридцать лет оттрубил на переднем фланге и ни разу в сторону не покосился. Оттого и доверил самое ценное. Благополучие сына доверил. Что там у них? — Трудно сказать, — пожал плечами Павел, устраиваясь в мягком кресле у заставленного деликатесами стола. — После того предупреждения я близко не подхожу. И домой девицу не провожаю, хотя надо бы, если план твой в силе остаётся. Иначе как мы её… — Об этом потом. Ты вон кушай. Да об отношениях говори. Нравится не нравится и всё такое прочее. Кто бы подумал, что на старости лет девок сыну выбирать придётся! Дожил… — Может, старые мы стали? Не понимаем чего. Кто раньше кого слушал? Сунули девку под бок — скажи спасибо и живи. Не нравится, другую со временем найдём. А эту холопам на развод. В девках главное что — способность к детопроизводству. А для души новая зазноба найдётся. Как и для тела. Уж кому, как не вам, знать, дядюшка. — Попридержи язык! Мне твои откровения ни к чему. Давай по сути. — Даю: вялотекущий романтизм. — Что за хрень? — Диагноз. Сынок твой решил рыцарем заделаться. Девушку охмуряет без фанатизма. Ходит кругами. Цветочки дарит. Лишнего не позволяет. Молчит больше. Не заигрался бы… — Привык к цивилизации, стервец, — зло прошипел старик, выплёвывая вместе со словами чёрные икринки и хлебные крошки. — Себе на беду. А время-то, время летит. Когда зазноба улетает? — Послезавтра. — Два дня всего! И о чём думает паразит?! Нет бы согласиться с моим предложением. — Воистину! — поддакнул племянник, уплетая за обе щеки щедрое хозяйское угощение. — Давно бы успокоился. Девки-то нонешние как на подбор оказались. Я и себе одну прихватил. Для круглого счёта. — И зря! — громыхнул кулаком по столу Глава. — Зря прихватил! Народ и так в наш угол косится. Ладно я, ладно сыновья мои. Но чтобы племянники так жировали. Нехорошо. Гляди, Павел, и впрямь до революции допрыгаешься. И ступай. Утомил. Мне подумать надо. Два дня осталось, как бы лишних дров не наломать… * * * Племянник неторопливо вышел в просторный двор. С завистью посмотрел по сторонам. Вот бы и ему так! Пруд, лежаки вокруг. Дорожки белым песком высыпаны. Беседка с полотняными занавесками. Банька со всеми удобствами. Бассейн под крышей. Антенна диковинная на крыше. Двадцать первый век на носу! Не то, что за забором! Там и до двадцатого толком не добрались. — Плюнуть бы на Тишь, в Москву податься, — процедил Павел и частично воплотил намерения в жизнь. Плевок смачно плюхнулся на вымытую с мылом площадку у крыльца. — Надоело в глуши маяться. Кланяться кому ни попадя, за щенками хозяйскими по тайге бегать. И получать ни за что. Нет, хватит, надо что-то придумать, самому отсюда ни за что не выбраться. |