Книга Любимая кукла босса, страница 72 – Татьяна Лерим

Моя малышка решила отомстить, и у нее неплохо получилось подпортить мою репутацию. Минус два проекта с партнерами за утро и мой телефон трезвонит не замолкая, что я вообще перестал на него отвечать.

— Нужно выяснить, — не унимается брат. Поднимаю на него глаза, а там испуг. Ренат думает меня посадят?

— Не нужно, — даю отбой. — Сам разберусь, — если он начнет копать, то выяснится, что в офисе была Ками и эта журналистка в одном отделе одновременно. Так получилось, что одна захотела написать бомбу, другая захотела мести.

Я даже поминаю Рудину, хоть и не оправдываю, но понимаю.

— Мне бы твоего спокойствия. У нас проблемы, Богдан, — Ренат садится на стул, маяча передо мной газетой.

— Нет у нас проблем. Эти проекты, итак, были хреновыми. Переживем.

— Все равно я тебя не понимаю.

— Ренат, иди работать. Я разберусь с журналисткой, и узнаю откуда она узнала о Ксюше.

Брат выходит, и я даю отмашку никого не впускать больше ко мне. Ренат третий за утро, прибежавший с расспросами.

Еще Андрюха не проснулся, не видел, не читал. Тот бы снес все вокруг за такой косяк. У меня есть еще час-другой на обдумывание всей этой заварушки.

Пора, наверное, рассказать Камиле правду, а там, между делом, я и решу, что делать с этой девчонкой, не хило подпортившей мою карьеру.

Я слишком сильно затянул. Было много вопросов, без ответа и это привело к тому, что я сейчас и получаю.

Я не хотел этого. Я позволил Каме совершить такую грубую ошибку, и сейчас не намерен наказывать.

Я просто не могу. Что в ней такого, чего нет в других?

Включаю камеру, показывающую мне отдел Камилы и смотрю на нее. Не могу глаз оторвать. Такая безупречная куколка, восставшая против меня. Она первая, кто дал отпор и первая, доказавшая мне, что деньги и власть не главное.

Ками действительно хочет уйти и борется за свою свободу всеми возможными и невозможными способами.

И ей удается.

Она выигрывает.

Внутри меня бушуют две стихии, но одна перевешивает и поэтому я все же решаюсь вытянуть всю боль наружу и снова вспомнить то, от чего долгое время убегал, без оглядки.

«Камила, зайди ко мне, срочно!» — пишу одно смс, откладывая все свои дела на завтра.

Богдан

И вот я снова стою на родной земле, на которую дал слово никогда не ступать.

Больно.

Тошно.

И невыносимо вспоминать то, что пытался долгие годы забыть.

— В юности меня тянуло к этому месту, — смотрю на обшарпанное здание. Воспоминания мелькают словно кинолента. Я может и рад нажать кнопку «стоп», но не могу.

— Это же детский дом? — Камила не понимает, поворачивается всем корпусом в сторону окон. Тех самых… И как она угадала?

— У тебя, наверное, вопрос, что забыл богатенький мальчик в таком месте? — тоже смотрю в те окна, из которых выглядывала она.

Там сейчас просто темнота. Свет бликает, а сами они закрыты. Ксюша любила проветривать свою комнату, ей вечно не хватало свежего воздуха и морозов она тоже не боялась.

— Мы с Ренатом тогда только познакомились, точнее я узнал о его существовании и мне пришла на тот момент гениальная идея сдать его сюда. Не смотри так на меня, мне было примерно тринадцать. Я думал, что так можно решить все проблемы.

Ками не говорит ни слова, боясь перебить, а я с силой только отворачиваю голову на футбольное поле.

Куда угодно смотреть, лишь бы не туда. Не в ту сторону.