Книга Только не Академия темных хранителей, страница 80 – Елена Коломеец

Но им все-таки удалось передать достаточно сил, чтобы Лиам мог сплести чары. Медленно вся конструкция поднялась наверх. Я тоже каким-то чудом парила над точкой. Прозвучал сигнал окончания времени действия препятствия, и под ногами вновь оказалась твердая опора. Это было очень близко от провала.

— Спасибо! — кричу нашим и машу рукой. Интересно, как они мне-то помогли?

И что-то дергает меня за волосы. Ори, что ли, беспокоится? Поднимаю руку, обернувшись, и вижу перед собой крошку-сильфиду Тейта. Так вот что за чудесная воздушная подушка меня держала.

— Спасибо, Лата!

Сильфида улетает, а я жалею, что ничего не передала своим. Все-таки насколько сложнее проводнику. И не только потому, что это огромная ответственность, но и потому что он всю игру один. Забавно, но сейчас ближе всего ко мне Джун. От нечего делать машу ему рукой, и он машет в ответ. И я рада, что мы не конфликтуем. Было бы здорово, если бы мы могли жить в мире, как было, когда маятник только призвали.

Но Джун оставляет меня, делая следующий шаг. Он открывает что-то, связанное с оборотничеством, и команда начинает произвольно менять форму. Но они все старшекурсники, и общими усилиями легко возвращают себе прежний вид. Случилось такой с нами, мы с Лиамом точно бы опозорились.

Чем дальше идет игра, тем более опустошенной я себя чувствую. Я устала. Физически, магически, эмоционально. Вот как только можно устать, так и устала. Может, в этом и есть смысл держать проводника одного: изматывающая усталость и одиночество стирают нервозность. Умом я понимаю, что от игры зависит будущее империи минимум на следующую четверть века. Но это пустое знание, оно не отдается никакими эмоциями.

Осматриваясь, выбирая следующую точку для хода, и не верю своим глазам. Она почти у самой границы поля противника. Моргаю, и точка пропадает. Присматриваюсь — вот она. Я тру глаза, но они, замученные переходами от света к тьме и обратно, слезятся. Все двоится расплываясь.

— Что-то происходит с проводником светлых, — встревоженно говорит комментатор, — их тренер даже запрашивает добавочную минуту. Что ж, с Далией, кажется, действительно, какие-то проблемы. Время на исходе, неужели будет штраф?

— Нет-нет, — кричу я, качаю головой и машу руками, — я в порядке. Я буду играть.

Закрываю глаза ладонями, представляя себя на нашем тренировочном полигоне. А потом как-то само по себе приходит воспоминание о чарах у Вдоха. Они такие яркие, что я буквально чувствую руки Райвена на своих ладонях. Передо мной открывается глубокая сочная тьма, и я делаю шаг к точке, которая ждет меня. У меня нет сомнений, что это самый верный путь. Я вижу, как от нее раскрывается дорога дальше. Вот только, уже став на луч, я понимаю, что она пахнет не шквальными ветрами или камнепадом, не испытанием, болью или страхом. Она пахнет так знакомо, сладко-пряно.

— Она выбрала пустую точку, — грохочет над головой растерянный, даже испуганный голос комментатора. — Небывалая ситуация. В играх такого уровня проводники обычно достаточно сильны, чтобы уж пустую точку от доступной к шагу отличать уверенно. Все-таки сказывается отсутствие опыта у проводника команды хранителей.

Ничего не понимаю, что значит пустая точка? Я же знаю, я вижу, в конце концов, луч под моими ногами горит! Не горит. И точка, к которой он ведет, пустая. Понимание накатывает волной ужаса. Холодеют руки, становится трудно дышать. Что я сделала? Что я сделала? Слезы катятся по лицу, но я почти не ощущаю этого.