Книга Только не Академия темных хранителей, страница 87 – Елена Коломеец

Острая тоска рвет меня изнутри. Жуткая безысходность, от которой хочется выть и кричать. Хочется резать себе руки, чтобы хоть как-то затмить ту боль, что сидит в сердце. Как я могла потерять все, что имела? Почему я не ценила прекрасную жизнь, которая у меня была? Почему я не понимала, что она прекрасна? Когда у меня были друзья, я была любима и нужна. А теперь даже Тейт отвернулся от меня.

От слез болит голова, я умываюсь холодной водой и понимаю — пора. Нужно только взять воды для Ори и можно выходить. Ори… Ори? Я лихорадочно осматриваю волосы, перебираю их руками.

— Ори! Ори! Пожалуйста, покажись, Ори! — кричу, бегаю по комнате, перекапываю все вещи. Но ее нигде нет.

Неужели я где-то ее потеряла? Или… Мне становится душно и страшно при мысли, что она могла тоже подхватить эту дрянь, погубившую орхидеи в гроте. Может, она упала где-то по дороге? Я должна ее найти. Во что бы то ни стала должна!

Выбегаю из комнаты, чуть не сбив с ног Марго. Она что-то кричит мне вслед, но мне уже все равно что.

Райвен

Что за проклятье творится в академии? Сначала Вдох, потом духи, теперь орхидеи. Не могу смотреть на умирающий грот. Это место всегда было местом моей силы, именно тут я впервые смог связаться с замком. Найти контакт с тьмой, открыл путь в подземье. Сюда я приходил, чтобы привести в порядок мысли и набраться сил. Теперь же здесь все мертво. И именно сейчас, когда я нуждаюсь в поддержке и ответах больше, чем когда-либо в своей жизни.

— Здесь точно применили сильные чары энтропии, — говорит, подходя, Шайен, — я не представляю, кто мог такие наложить. Я бы не смогла.

Она уходит, а я с трудом разжимаю сжатые зубы. После того, что она наговорила, стоило бы не показываться мне на глаза. В энтропии Шайен лучшая, приходится признать, но терпеть ее сейчас выше моих сил. Пусть закончит, я пока пройдусь.

Но от мыслей все равно не спрячешься. В голове постоянно звучат ее слова.

Закрываю глаза и тут же вспоминаю, как она зашла сразу после того, как ушла Лия. Даже не ушла, убежала. Испуганная, заплаканная.

* * *

— Райвен, ты можешь врать мне, но не ври себе! — кричит Шайен. — Вся академия смеется над тем, как ты бегаешь за ней. Ректор и студентка, как пошло. Ты вообще отдаешь себе отчет, что, по сути, хочешь завести отношения с ребенком?

Ее слова бьют, как каменная плита. Отдаются в голове и я становлюсь сам себе противен. Но какие бы мотивы ни преследовала Шайен, она права.

— Шайен, ты зарываешься, — резко говорю я, — немедленно убирайся из моего кабинета, или я буду вынужден тебя вышвырнуть.

Зло хлопнув дверью, она убегает, а я остаюсь совершенно разбитый.

* * *

Как будто я сам не знаю, что это неправильно. Но, тьма побери, сейчас, глядя как суетится и, улыбаясь, крутится вокруг меня Шайен, я понимаю, что она заботится не обо мне, и уж, конечно, не о Лие. А о себе. И вся ситуация предстает передо мной в ином свете.

— Ори! Ори! — плевать, даже если кто-то услышит, мне уже все равно. Я потеряла все и всех, я не могу потерять еще и ее.

Пробегаю обратным маршрутом через все коридоры и пещеры, но фамильяра нигде нет. В Гроте орхидей уже пусто, но я не обращаю на это внимания. Даже если тут собрался бы весь педсостав с моей семейкой вместе, я все равно бы думала только об Ори. Единственном живом существе, которое готово меня принимать.