Книга Действуем, сестра! Свадьбе быть?, страница 11 – Елена Коломеец

— Туда, — киваю я, — планирую к вечеру быть.

— Это как же? Превратите карету в дракона и долетите? — со смешком спрашивает она.

— Вы удивитесь, но приблизительно так, — хмыкаю я. — Так вы едете или нет? Это последнее предложение.

— Еду!

Вскочила попутчица не в карету, а ко мне на облучок. Что ж, поболтаем хоть. Пока она рассаживается, неприметно приглядываюсь. Ничего такая. Остроносенькая, волосы по принятой у летунов моде заплетены в множество косичек, связанных в один большой пучок на затылке. Глаза светло-зеленые, как дымка весной в лесу, когда листьев еще нет, но уже появляется легкий зеленовато-серый туман.

— Роберто, — бросаю я через плечо, не отвлекаясь от дороги.

— Ариза, — чуть повременив, отвечает она.

Хм, если не ошибаюсь, Ариза — фамильное имя семьи Ланцетти, возможно, мы даже пересекались на каком-нибудь из сотен бесконечных приемов и балов.

— Почему своим ходом? Где твой пегас?

— А почему один из белых драконов занимается извозом?

— Мадам, вообще, я совладелец транспортной компании, а извозом занимаюсь только для души, — говорю с пафосом.

Смеется Ариза звонко, дробно, будто мелкие бусинки рассыпаются по металлическому листу. Нет, все-таки даже в наших унылых аристократических кругах можно встретить приятного человека. Впрочем, его отличительной чертой будет желание эти круги покинуть.

Мы болтаем о всякой ерунде. Обмениваемся столичными сплетнями полугодовой давности, спорим какие войска лучше и честно делим на двоих ужин, распотрошив остатки запасов, что собрала мне Хлоя.

— Темнеет, — говорит Ариза, кивая на оранжево-синюю полосу на западе. — А до столицы не менее, погоди-ка, — она преувеличенно сосредоточенно морщит нос, — дня ходу. Как ты планируешь оказаться там к вечеру, если уже вечер?

— Ну, положим, до ночи еще не меньше трех часов, — говорю я. — Впрочем, если ты наконец-то дожевала, можем и ускориться. Держись покрепче, эту поездку ты запомнишь на всю жизнь. Впрочем, как и местные крестьяне.

Ариза скептически наблюдает за мной, даже не думая за что-то взяться. Ну-ну, леди, слетишь, плакаться не приходи. Снимаю предохранитель, раскручиваю рычаг до упора, так он не увеличивает карету, а переводит в летающее состояние. Она вздрагивает, кони неуверенно переступают ногами.

— Н-н-но!

И мы взлетаем! Разрезаем воздух острыми, похожими на рыбьи, гребнями, и летим, летим!

— Великая Лейна! — визжит Ариза. — Ты не врал, дирхов маньяк! Не врал!

— Я вообще никогда не вру, — тоном обиженной невинности отвечаю я. — Держитесь крепче, останавливаться, чтобы собрать ваши переломанные останки и доставить родственникам я не буду.

— Еще посмотрим, кто кого родственникам привезет. Не забывай, что разговариваешь с летуном!

И правда, она не боится. Как-то уцепилась ногами и двигает тело так, чтобы оно было в противовес маневрам кареты. Ловко, ничего не могу сказать. Сидит, как влитая. И все с такой легкостью, будто дома на стуле.

Проходит немногим больше часа, и впереди уже появляется отсвет огней Брейвиля. В городские ворота мы въезжаем с первыми лучами заката, вызолотившими стены домов, брусчатку и уже начинающие желтеть листья.

— Ну спасибо, Роберто, — жмет мне руку Ариза, — вот уж не думала, что окажусь дома так быстро. Родители будут в восторге.