Книга Действуем, сестра! Бизнес или любовь?, страница 3 – Елена Коломеец

Пока мы едем, оглядываюсь по сторонам. Все-таки это наши будущие соседи, нужно понять, что это за люди, чего от них ждать. Улица очень приятная — светлая, с множеством небольших симпатичных магазинчиков и зеленых уголков. Правда, неподалеку от нас виднеется громадина какого-то завода или вроде того, и слегка портит вид. Но тут уж ничего не поделать, думаю, каретная мастерская тоже не самое очаровательное место на земле.

Действительность оказывается даже хуже моих ожиданий. Здание не просто серое, оно все в пятнах грязи и копоти, кажется, ее нужно не смывать, а скалывать, как многолетние отложения. Единственное зеленое пятно — старая ель во дворе. Вокруг жухлая трава, разросшиеся, страдающие от плохого ухода кусты и деревья. То ли папа был очень болен и ему было не до сада, то ли просто не до того.

Я боюсь, что замок придется открывать с трудом, но на удивление ключ скользит легко. Видимо, что замок хорошо смазан и вообще в порядке. То же можно сказать и о мастерской. Да, видно, что лучшие годы уже позади, но весь инвентарь в порядке и аккуратно развешан по стенам. Везде чисто, нет и намека на ржавчину.

— Похоже, папа любил ее, — говорю я, обходя мастерскую. — Смотри, как все начищено, ухожено.

— Его единственный ребенок, — скептически хмыкает Зоя. — Но здесь и правда неплохо. А какой размах! Ты только посмотри, да тут же не просто кареты чинить, тут скачки можно проводить. Думаю, одна земля стоит о-го-го сколько. А еще дом и сад.

— Ну, сад мы уже видели, — печально смеюсь я, — да и дом, думаю, будет такой же. Готова спорить, что папа, кроме ванны и туалета, посещал только спальню и кухню. Остальные комнаты наверняка в ужасном состоянии.

— Боюсь, что ты права, сестричка, — смеется в ответ Зоя. — Но уж пару комнат мы с тобой отмоем, чтобы заселиться, а там потихоньку и до остального руки дойдут. Главное — найти хотя бы одного толкового работника. Но, боюсь, с нашими сбережениями можем рассчитывать только на очень средненького. Ладно, сбегай на улицу, купи газету и что-нибудь поесть. И, когда я говорю «поесть», я имею в виду фунт мяса, овощи и хлеб, а не пару пирожных.

— Но пару пирожных-то тоже можно? — смеюсь я убегая.

Зоя. Ну и нахал!

Смотрю, как радостно скачет по улице Хлоя, и не могу сдержать улыбку. Даже в самые темные дни ее жизнерадостность заряжает и меня. А сейчас у нас далеко не самый светлый момент. Честно сказать, по отцу мы особо скорбеть не будем, все отболело много лет назад и осталось там, в детстве. Хлоя, наверное, его и не помнит почти, я немного. Ну да что поделать, в жизни всякое случается. И пусть я пока не очень понимаю, что со всем этим делать наследство с обременением все-таки лучше, чем никакого. Особенно в нашей ситуации.

Поднимаюсь по неширокой каменной лестнице на второй этаж. Дверь сразу открывается в просторную, явно рассчитанную на большую семью, кухню. Несмотря на запущенность, видно, что сделано тут все на совесть. Там помыть, здесь освежить, и будет очень уютно. Мебель из цельного массива дерева отполирована до блеска. На стенах простой, но приятный узор из желтых, голубых и белых плиток. В шкафчиках немного посуды и остатки соли, пряностей и круп.

— О, а это очень кстати! — восклицаю я, обнаружив большой пакет с зернами кофе.