Книга Сахарная империя. Цена перемен, страница 2 – Юлия Арниева

Пользуясь поднявшейся суетой, Хавершем чуть наклонился ко мне через резные дубовые перила.

— Полагаю, сегодня за обедом общество узнает о нашей помолвке, — едва слышно проговорил он, сжав пальцами набалдашник. — Любопытно будет посмотреть, у кого из этих столичных чистоплюев первым случится несварение от хороших новостей.

Мне стоило большого труда сдержать улыбку. Не меняя равнодушного выражения лица, я лишь едва заметно наклонила голову в знак согласия.

Старик удовлетворенно качнул подбородком: иди, мол, девочка, отдыхай. Он медленно пошел вверх по парадным ступеням, а я развернулась и направилась в обход холла, к малой лестнице в конце галереи. Оттуда было гораздо ближе до моих комнат, и меньше риска столкнуться с Дауманом.

Быстро миновав первый этаж, поднялась по нешироким ступеням и оказалась в коридоре западного крыла. Здесь не было парадного блеска, шаги тонули в ковровой дорожке, а из окон открывался вид на задний двор. Дойдя до конца перехода, я свернула к своим покоям.

Джейн открыла дверь спальни прежде, чем я успела протянуть руку к латунной ручке.

— Всё в порядке, миледи, — выдохнула она едва слышным, заговорщицким шепотом, делая шаг назад. — Ни одного звука за стеной. Почти сразу после вашего ухода лакей мистера Даумана заходил в его покои. Вышел злой, бормотал, что хозяин вчера так нализался портвейна, что даже до кровати не дополз. Будить его не стал, только сапоги с него стащил.

— Хорошо, — ответила я.

— Вам нужно что-нибудь особенное, миледи? — Джейн уже семенила к гардеробу. — Я слышала, леди Хэмфриз собирает всех во дворе на прогулку.

— Да. Подай редингот и теплые перчатки.

Джейн помогла мне накинуть подбитое мехом сукно. Я застегнула пуговицы и поспешила вниз.

Когда я спустилась на широкое каменное крыльцо, внутренний двор Холтон-парка уже заполнялся гостями. Пахло горьким торфяным дымом, прелой листвой и — из-под дощатого навеса у каретного сарая — густым, сладким ароматом подогретого вина с корицей и гвоздикой. Двое лакеев в ливреях черпали вино из большого медного котла, над которым поднимался густой пар. Третий слуга с явным трудом закреплял на брусчатке старинный деревянный кронштейн с натянутой веревочной сетью. Мелкие серебряные монеты уже лежали аккуратными столбиками вдоль каменного парапета.

Старинный куриный турнир.

В ноябре загородная Англия не баловала разнообразием развлечений, и хозяйка дома сделала ставку на проверенную забаву. Разумеется, живую птицу заменяла круглая деревянная мишень, в которую нужно было попадать тяжелыми кожаными шарами или бросать кольца на веревках. Эта старомодная, шумная игра отлично подходила, чтобы разрядить вчерашний кошмар, а азарт исключал любые неудобные расспросы.

Спускаясь по каменным ступеням, я заметила Дика, он стоял у дальней стены конюшни, возле коновязи. Рядом с ним замер Норт. Оба моих охранника выглядели мрачнее грозовой тучи. Для людей чья профессия молчать и не выдавать себя ни единым движением, это был скверный знак.

Я плавно изменила направление и пошла через двор, делая вид, будто меня заинтересовала старая каретная телега в углу. Они заметили моё приближение, но не сделали ни шагу навстречу, продолжая стоять в тени навеса. Стало ясно: новости паршивые, и свидетели нашей беседе не нужны.