Книга Фея – катастрофа в Темном лесу. Книга 1, страница 118 – Татьяна Серганова

Сэлли вздрогнула и часто задышала, но так и не очнулась.

— Не должен был… Твое место не здесь. Я и раньше это знал, а теперь окончательно убедился. Я спасу тебя, и ты уйдешь. Навсегда. Поверь, я могу устроить, что ты не вернешься в Темный лес. Никогда. И я сделаю так, что ты не захочешь возвращаться. Я это умею… делать больно… Но сначала я тебя вытащу из лап тьмы. Будет больно, но я постараюсь сделать все быстро. Ты только… только выдержи…

Грейнар рывком стащил с себя камзол и рубашку, обнажая торс и руки. На его предплечьях были выбиты рисунки — две части древнего заклинания. Шумно выдохнув, он прикрыл веки и соединил их, запечатав круг и активировав его силу.

Он изогнулся от боли, когда по обнаженному телу побежали тонкие нити силы. Серебристо-серые, сверкающие, они выступали, подобно венам и сосудам создавали собственный рисунок, стремясь к сердцу. Туда, где находилась еще одна татуировка — змей, кусающий себя за хвост. Только серебряные нити добрались до него, как змей ожил, закрутился, зарычал, наполняясь силой.

Когда Грейнар открыл глаза, цвет его радужки изменился. Из нее исчезла тьма. Сейчас его глаза были незнакомого холодного серо-голубого оттенка.

— А теперь посмотрим, кто кого, — прохрипел он.

Сев на кровать, положил сияющие холодным светом ладони прямо на рисунок крыльев. А затем слегка надавил, открываясь. Сэлли вздрогнула всем телом, изогнулась и слабо вскрикнула. Грейнар лишь сильнее стиснул зубы и усилил давление.

Тьма захлебывалась от жадности, не зная, кто вкуснее: светлая фея или давний враг, который с такой легкостью сейчас открывался, буквально приглашал на пир.

И приглашение было принято. Нехотя, осторожно, тьма поползла к нему, отпуская девчонку. Она не так вкусна, как некромант. Слишком чистая и светлая, хотя и сильная. Нет, не магией, духом.

Грейнар до скрипа сжал зубы, стараясь не двигаться. Все инстинкты кричали, требовали закрыться, от склизкого вкуса тьмы начало мутить, а в голове словно застучали десятки мелких молоточков. Но он держался.

Его вина. Его обязанность все исправить.

Сотрясаясь от дрожи, он снова сомкнул веки и воскресил в памяти фею.

… Вот она отчитывает его, хмуря брови и не представляя, насколько забавно выглядит со стороны, такая мелкая и такая боевая.

… Вот смеется, так искренне и задорно, что невозможно не улыбнуться в ответ.

… Вот сидит на плотоядном дереве, цепляясь за ветки, и учит его улыбаться.

… Вот прижимает к себе детеныша мантикоры, готовая бороться до конца, и даже предлагает год службы. Целый год рядом… Целый год вместе… Предлагает и не понимает, с каким огнем играет.

… Вот за мгновение до того поцелуя — с шальной улыбкой и сумасшедшим блеском в глазах.

Любовь? Нет, такие, как он, не умели любить. Это просто жажда. Видеть, слышать, чувствовать, дышать. Не любовь, а одержимость. Его боль и ее погибель. Она уже на грани… из-за него. Глупца, который решил, будто в его жизни может случиться такое светлое чудо.

Когда Марсия доставила ведьму с ее банками и склянками, зельями и травами, Грейнар почти закончил. Тьма ушла, оставив после себя лишь черный контур на теле — последний нежеланный подарок от Темного леса.

Бледный, дрожащий, некромант сидел на коленях на кровати, свесив руки и опустив голову. Серебро уходило из его сосудов, медленно наполняясь тягучей темнотой.