Книга Обманутая жена. Продана генералу дракону, страница 120 – Александра Мауль

— Ты тоже хочешь пить? — спрашивает она и подносит мне ладошки. А я наклоняюсь и начинаю пить с её рук, а после несколько раз целую её запястья и когда поднимаю глаза, Александра смотрит на меня широко раскрытыми глазами. По рукам у неё пробегают мурашки, а щеки пылают.

Между нами повисает тишина, которую разрезает лишь звуки воды и прерывистое дыхание Саши. Какое-то время мы молча смотрим друг на друга. Не знаю, о чём она думает, а я наслаждаюсь.

— Если ты оцарапалась, то можешь искупаться. Место, которое теперь называется озером, раньше хранило в себе сильнейший камень, он мог исцелять и хранить в себе силу своего носителя. — наконец прерываю молчание и тяну Сашу на себя, наблюдаю за тем, куда наступает, чтобы она не оступилась.

— С тех пор как я очнулась здесь, я боюсь воды и не уверена, что умею плавать. То есть там в своём мире я точно ничего подобного не умела. — едва слышно произносит она и поднимает брови от удивления, когда я стягиваю через голову рубашку и тащу Сашу ближе к себе.

— Я буду рядом и буду помогать. Если ты позволишь, я помогу тебе доплыть до другого берега, а там через небольшое отвестие в скале можно увидеть ночное небо и звёзды. Это очень красиво.

Вижу, что Саша сомневается. Потому отворачиваюсь и стягиваю штаны. Прохожу вперёд и когда оказываюсь по колено в воде, останавливаюсь. Жду, когда Саша позволит обернуться, потому что слышу позади движение. Но она не зовёт меня. Спустя время касается моей руки, и я вижу, что она стянула штаны, но осталась в рубашке.

Разворачиваюсь и наклоняюсь, чтобы она обняла меня за шею, а затем вместе с ней переплываю на другую сторону. Саша прижимается ко мне и почти не дышит, пока мы находимся так близко. Она способна почувствовать и силу моего желания, и жар моего тела. От такой близости истинной меня всего выворачивает, и я начинаю сомневаться, что это было хорошей идеей, но ровно до того момента, как усаживаю её на большой камень и Саша поднимает голову.

Вижу, чувствую, что ей нравится то, что она видит, и этот её восторг прокатывается по моему телу, вызывая ещё больше желания порадовать эту женщину.

Когда Саша снова смотрит внутри всё сжимается, то, что я вижу в её глазах, отзывается в теле спазмами. Она стискивает зубы и осматривает мою грудь, шею, скользит теплым взглядом по рукам, и когда поднимает глаза к моему лицу, её щеки пылают, а зрачки становятся такими, что от радужки не остаётся и следа. Присаживаюсь перед ней на колени и не разрывая зрительного контакта, укладываю ладонь на её колено. Он вздрагивает и чувствую, как её начинает бить мелкая дрожь. Не увидев сопротивления, медленно поднимаю руку вверх и с каким-то забытым за всеми волнениями удовольствием наблюдаю, как сбивается её дыхание.

Зверь внутри меня возится, довольно потягивается, и я, наконец, ловлю от женщины, которую на протяжении долгого времени хотел сделать своей тот самый взгляд.

Саша накрывает мою руку своей, закрывает глаза и кусает нижнюю губу, когда добираюсь до раны. Вода в самом деле заживляет. От её царапины почти не остаётся и следа. Удивительно.

Воздух вокруг встряхивает всплеск воды и сдавленный стон моей истинной, когда наклоняюсь и целую Сашу там, где только что были мои руки. Не встретив никакого сопротивления, я двигаюсь ближе, провожу кончиками пальцев по мокрым плечам Александры, стягиваю ткань рубашки и наклоняюсь, чтобы поцеловать её шею, поднимаюсь, несколько раз целую место за ухом, и когда добираюсь до её губ, она открывает глаза.