Книга Хозяйка гиблого поместья драконов, страница 21 – Лилия Тимолаева

Хенна медленно прошла в кухню. Ключи у её пояса звякнули — сухо, резко, как маленькое предупреждение. Она остановилась напротив Лады, и теперь их разделял только угол стола.

— Все новые хозяева начинали с приказов.

— А заканчивали чем?

— Кто как.

— Тогда я начну не как все.

— Уже начали.

В этих словах было не одобрение. Но презрения стало чуть меньше.

Лада протянула руку ладонью вверх.

— Ключи.

Брам шумно втянул воздух. Нисса застыла.

Хенна посмотрела на протянутую ладонь так, будто Лада потребовала отдать ей не связку железа, а память, власть и последнюю опору старого дома.

— Ключи Эйрен-Гарда не дают чужим.

— Дом сказал, что я хозяйка.

— Дом говорил и раньше.

— Но сейчас я стою здесь, а прежние ушли.

Удар получился жёстче, чем Лада хотела. Она увидела, как по лицу Хенны прошла тень. Не гнев даже, а старая, глубоко спрятанная утрата. Значит, среди ушедших были не только трусы и воры. Были те, кого она оплакивала.

Лада смягчила голос, но руки не убрала.

— Хенна, я не собираюсь отнимать у вас дом. Мне его уже отдали. Насильно. Вместе с долгами, страхами, проломами в стенах и детьми под столом. Вы можете считать меня ошибкой, наказанием, чужачкой, кем угодно. Но сегодня ночью, пока за стеной ходит то, чему Брам не хочет давать имя, а дом предупреждает о чужой крови, нам не до борьбы за связку ключей. Либо вы помогаете мне закрыть Эйрен-Гард, либо мешаете. Выбирайте.

Старуха молчала.

Очаг трещал, отбрасывая на её лицо резкие тени. За окнами сгущалась ночь. Где-то наверху по-прежнему была приоткрыта дверь, из которой лился бледный свет, и Лада чувствовала её даже отсюда, как чувствуют взгляд в спину.

Наконец Хенна сняла с пояса один ключ.

Не всю связку. Один.

Длинный, тёмный, с головкой в виде башни.

Она положила его на ладонь Лады.

— От восточного крыла. Там сухие комнаты. Одна даже с целыми окнами. На большее вы сегодня не готовы.

Лада сжала ключ.

— Это решу я.

— Нет, госпожа. Это решит дом.

В ту же секунду сверху раздался удар.

Не грохот рухнувшей балки. Не хлопок двери. Это был один тяжёлый шаг.

Потом второй.

Все в кухне замерли.

Нисса побледнела. Брам медленно поднял фонарь. Хенна закрыла глаза так, словно услышала голос того, кого давно ждала и боялась услышать снова.

Шаги шли по второму этажу.

Медленно.

К лестнице.

Лада положила ключ на стол, рядом с папкой документов, и повернулась к двери кухни.

— Кто это? — спросила она.

Никто не ответил.

Шаги остановились где-то в холле. Дом замер вместе с ними. Даже огонь в очаге будто стал ниже, осторожнее, тише.

А потом в глубине Эйрен-Гарда прозвучал уже не шёпот.

Голос был низким, хриплым, измученным, но живым.

— Кто посмел приказать моему дому?

Голос не был похож на шёпот стен.

Он не просачивался из камня, не звенел в ключах Хенны, не дрожал в огне очага и не прятался в чужом детском голосе. Он принадлежал живому существу — уставшему, злому, привыкшему к власти даже тогда, когда сил на эту власть почти не осталось.

Лада стояла у кухонной двери, не двигаясь.

За её спиной замерла Нисса. Брам поднял фонарь чуть выше, и свет лёг на его широкое лицо, сразу ставшее старше. Хенна не шелохнулась, только пальцы её сомкнулись на связке ключей так крепко, что металл сухо звякнул в тишине.