Книга Лёд и пламя. Миссия попаданки, страница 121 – Кира Литковская

— Да уж, — хмыкнула Флеретта, закручивая локон на палец. — Но победит именно та, чья чистота и талант ослепят его, затмив этим остальных участниц. Пусть он узнает, что я очень искренняя и ответственная. — мысленно добавила она.

Я, проходя мимо, услышала краем уха лишь обрывки фраз Элины и Флеретты, что сидели в одной из беседок в саду. Они не заметили моего внезапного появления, так как были заняты самолюбованием, в то время как я с разрешения императора читала фолианты древних книг и вот уже последние два как, просиживала в императорской библиотеке.

Книги — вот что на самом деле не давало упасть мне в пучину отчаяния.

Я тоже боялась и мрачного лабиринта, и стража, что охранял его вход, но не высказывала этого вслух, ведь это уже ничего не могло решить.

Но от их слов горечь разлилась в моей груди. — «Власть, богатство, признание... Хоть кто-то из них думает о нем самом?» — грустно подумала я, закрываясь в своей комнате с кипой маг книг.

Майра в это время занималась другими важными поручениями от распорядителя Орландо. Она готовила мне наряд для прохождения испытания, вместе с другими слугами, выбирая его из предложенного гардероба для гладиаторских боев древних. Только в таком виде, словно мальчишки мы могли посетить данный лабиринт.

Торгал же не находился постоянно в тронном зале или подле императора Арранара, а предпочел шпионить за участницами отбора. Наложив на себя мощное заклинание невидимости, он бродил по коридорам «Золотого крыла» где проживали кандидатки и слышал каждое ими сказанное слово.

Он слышал и ядовитый шепот Аврелии, видел самодовольство Верены.

Его лицо оставалось лишь маской безразличия, пока он не остановился у дверей Алтеи.

Сквозь щель он видел, как она обложилась древними пыльными книгами и сосредоточенно изучает их содержимое.

На столе у нее так же лежал и потертый гримуар её матери Оливии, но при чужом взгляде он маскировался под предметы лежащие на столе перед ее взором.

Алтея судорожно листала страницы, её пальцы при этом дрожали, а взгляд становился в эти минуты словно непроницаемым.

— «Только искреннее сердце откроет все двери», — прошептала она, закрыв лицо руками. — Глупости. В лабиринте мне понадобится не сердце, а стальной стержень. Драконы не ценят нежность и слабость.

Торгал, стоя за дверью и все слышал и даже почувствовал странное тепло в груди находясь в непосредственной близости от Алтеи.

Сейчас находясь в непосредственной близости рядом с ней, он чувствовал как его ледяная магия откликается ее огненной магии и тянется к ней словно мотылек к свету. Она не готовила никаких заговоров ни против него и короны, ни против других участниц он это понял сразу.

При этом она не хотела казаться лучше или хуже, не примеряла украшения и наряды, а лишь была сама собой в эти минуты. Все маски рассыпались в прах, когда она думала, что находится в комнате одна. Она искала усердно знания в книгах, что лежали на столе перед ней и периодически хмурилась или морщила свой носик, прямо как в тот самый первый день в академии Огненных искр.

Он хотел было войти, сорвать заклятие невидимости с себя и сказать, что она во всем права, права в том, что пещера забвения и зачарованный им лично лабиринт потребует от неё всего и сразу.

Он потребует одновременно от нее и веры в себя, и быть достаточно сильной, а особенно не верить глазам своим, ведь половина созданных им страхов это лишь иллюзия.