Книга Последнее слово шамана, страница 148 – Иван Цуприков

— Ёклмн, у кого сорок пятый? – орет на весь лес бородач.

Все в ответ разводят руками.

— Тогда будешь меня тащить на себе! – кричит он в исступлении Зине и пытается запрыгнуть ему на спину.

Тот в ответ сопротивляется, сталкивает с себя бугая Искрина, и прикладом бьет его в солнечное сплетение. Начинается схватка. Попытка Виктора разнять их заканчивается сильным ударом ему вниз живота. С трудом поднявшись, он машет рукой Михаилу идти за ним, и они покидают арену схватки. Забравшись на островок, издалека наблюдают за дерущимися. Их лица окровавлены, в ссадинах.

— Все, хватит! – орет Зина.

Но бородач снова кидается на своего обидчика. Зине удается отклониться от забияки и, делая большие шаги, он бежит к Виктору с Михаилом. Искрин пытается его ухватить за рюкзак. Но этого ему сделать не удается, и, спотыкаясь, он падает ничком.

— Да я тебя убью! – захлебываясь в болотной жиже, кричит бородач.

— Сейчас выйдем из болота, я из куртки сделаю вам обувь! – кричит ему Виктор.

Но бородач его не слышит. Он снова, поднимаясь, как лев, бросается на свою жертву – Зинченко. А тот, ожидая этого, с разворота тыкает ему прикладом в лицо, с хрустом разбивая мужику нос.

Бородач, потеряв от этого равновесие, падает на спину.

— Не трожь его! – кричит Виктору, кинувшемуся к Искрину, Зинченко. – Пусть эта сволочь придет в себя, иначе я его пристрелю.

— Что?! – снова поднимается на ноги бугай. – Да ты ж мне нос сломал. – И, встав на ноги, Искрин стал приближаться к Зине.

Тот, не зная, что сделать, отступает назад и проваливается в яму. Она оказалась бездонной. Только пузыри оставили недолгий след от утонувшего человека.

— Что стоишь? – рявкнул бородач, обернувшись к Виктору. – Вытаскивай меня из этого болота. Ну!

— Т-туда, туда идти нужно, – указал за спину Искрину Муравьев. – Только осторожнее, т-там капкан где-то стоит и яма медвежья.

— Веди сам, ну!

— Да, да. – И Виктор, опередив бородача, прыгая с одной кочки на другую, стал быстро удаляться от них.

Бородач, следуя его примеру, также стал прыгать с кочки на кочку. Но его нога сильно утопала в них, и он, падая на четвереньки, громко орал от боли, но не задерживался, а вставал и продолжал идти.

— Значит, ты эти места, дед, хорошо знаешь? – ухватив своей огромной ладонью Муравьева за ворот, развернул его к себе бородач. – Неужели нельзя было обойти это болото?

— Оно огромное, в ширину километров десять. Я вас повел по своей тропке. Предупреждал же еще вчера, что его нужно проходить, ступая по кочкам, по корням деревьев.

— Деревьев, – повторил последнее слово бородач.

— Сколько нам до места посадки Свала идти?

— Километров десять.

— Десять. Ой! – вскрикнул Искрин, дотрагиваясь пальцами до своей сломленной переносицы. – Сука, – посмотрел он в болото. – Ну, Зина, теперь ты свое место нашел.

— А т-т-ты? – подняв ружье и с силой ткнув его стволами в переносицу бородача, спросил Михаил.

— Ш-што? – открыв рот от удивления, спросил бородач.

— Ты думаешь, я т-тебя н-не зап-помнил? – Степнов с трудом глотнул собравшуюся во рту слюну.

— Т-ты это о чем? – как бы не понимая, о чем ему говорит Михаил, дрожащим голосом спросил Искрин.

— М-молиться будешь, ил-ли тебя с-сразу туда з-за Д-длинным отправить?

— Ты же это, т-ты, писака, ты это, ты же писсажуур… – Искрин, уже не зная, что говорить, стал отползать от Михаила.