Книга Предателей не прощают, страница 57 – Сергей Трифонов

Устименко встретила мужа в аэропорту «Борисполь» и повезла в отель «Интерконтиненталь», где за ней сохранялся номер люкс. По дороге он рассказал ей о своём проколе. Елена напряглась, но, стараясь успокоить мужа, сказала:

— Это моя ошибка, Боренька. Я была обязана всё предусмотреть, но растаяла от семейного счастья, дура. Не волнуйся, мы всё исправим. Сегодня состоятся две важные встречи, на них всё и решится.

— Лена, я никому не передам документы, пока не будет найден Шеликов. Нам не нужен свидетель.

— Не волнуйся, милый, мы всё решим, будь уверен. А где твои очки?

— В камере хранения аэропорта.

Устименко поджала губы, но смолчала. Она знала, если Карновский решил добиться своего, его ничто не остановит.

В ресторане отеля их ожидал руководитель резидентуры британской разведки в Киеве. Елена представила ему Карновского. Борис Михайлович отказался от еды и заказал себе только кофе и минеральную воду. Он нервничал и не желал начинать разговор первым. Карновский изучал разведчика. Британец в процессе ничего не значащей болтовни о погоде в России, о ценах на бензин, о видах на урожай тоже изучал Карновского. Было очевидно, русский чем-то расстроен и с нетерпением ожидал начало принципиального разговора. Британец начал:

— Борис, видимо, Елена уже вам сказала о наших условиях? Или есть необходимость их повторить?

— Если ничего не изменилось, повторять не стоит, – Карновский старался говорить спокойно, но Устименко и британец почувствовали в его словах раздражение.

— Тогда перейдём к делу, – продолжил разведчик. – Мы со слов Елены знаем в общих чертах значимость привезённых вами документов. Но хотелось бы ознакомиться с ними. Они у вас с собой?

— Они в Киеве, в надёжном месте.

Британец с укоризной взглянул на Елену, та опустила глаза. Карновский сказал:

— Документы будут вам переданы при одном условии: должен быть найден и ликвидирован Геннадий Шеликов. Он не просто свидетель моего бегства с секретными документами, он – опасный свидетель. И я вовсе не желаю жить под дамокловым мечом ФСБ. Надеюсь, вы меня понимаете.

— Понимаю. Но ваше условие несколько усложняет нашу задачу и станет причиной задержки выполнения наших обязательств перед вами.

— Ничего, я подожду.

На этом разговор закончился. С трудом сдерживая раздражение, британец откланялся.

Был жаркий августовский полдень. Супруги прогуливались в тенистых аллеях среднего яруса парка «Владимирская горка». Парком это волшебное место, заполненное дубами, каштанами, буками, ясенями и, конечно, тополями и липами, назвать можно условно. Скорее, это богатый растительностью лес, выросший на правом возвышенном берегу Днепра, с любовью превращённый руками человека в прохладный и душистый рай. Окидывая взглядом этот лес, памятник князю Владимиру с крестом в руке, Кокоревскую беседку, величавые днепровские просторы, Карновский невольно вспомнил «Белую гвардию» Булгакова: «Сады красовались на прекрасных горах, нависших над Днепром…» И вслух произнёс:

— Прав был Михаил Афанасьевич – это лучший город в мире.

Елена смутилась, не сразу сообразив, о ком говорит муж. Её мозги были заняты совсем другим, она планировала разговор со своим начальством в ГУР министерства обороны Украины.

— Боря, встреча с моим руководством в пятнадцать часов. Прошу тебя, будь поаккуратнее в выражениях. Украинские генералы – не англосаксы, они более экспансивны, могут и матерком покрыть.