Онлайн книга «Операция «Пепел»»
|
— Ты смотри, она еще дурочку из себя строит. Настоящий Полковник сунул фонарик в карман, вынул взамен тонкий кожаный ремешок, выразительно, будто перебирал четки, вертел его в пальцах. Таким ремешком хорошо душить: он не скользит, плотно и надежно охватывает шею, отлично держит узел и даже простой перехлест. Две-три минуты судорог – и не будет ни ее, ни Бульбаша. «Закричать, что ли?» – умирая от страха, думала Елена. Заорать на весь вагон, на весь поезд, чтобы сюда сбежались люди, и, может, она успеет крикнуть, что это вовсе не милиция, а самые настоящие бандиты, которые… которые… Тогда прибегут настоящие милиционеры и отобьют их у Котляра и его банды… Но она не закричала. Может быть, Котляр удовлетворится тем, что они вернут им золото? Под страхом смерти все отдашь, не то что ворованные слитки. Но ведь все рухнуло, все! Они с Бульбашом нищие, в Костомарово им возвращаться нельзя, там их Настоящий Полковник не оставит в живых, это же ясно. А сколько они добра бросили, не успели, не стали продавать нажитое. Да и нельзя было. Слух об этом сразу дошел бы до Котляра, он их моментально заподозрил бы, стал бы пытать Бульбаша, и тот, разумеется, раскололся… Нет-нет, она все сделала правильно, разве что не предполагала о суперсыщицких способностях Настоящего Полковника. С другой стороны, на весах лежали слитки, шесть килограммов чистейшего золота, и чаша все равно бы перевесила. Если бы все удалось, как она замыслила, брошенная квартира, машина и гараж не сравнились бы с приобретенным состоянием, они бы жили на это золото, как у Христа за пазухой… Господи, помоги! Что делать-то? Что? Убьют же! — Где слитки? Ты, придурок! Котляр снизу, коленом, ударил Бульбаша в склоненное лицо. Тот ахнул, согнулся еще больше, а Колун с размаху хрястнул сцепленными руками его в шею. Бульбаш беззвучно свалился в проход между полками. Не давая ему прийти в себя, заорать или что-либо предпринять, Колун наступил Бульбашу на горло тяжелым армейским ботинком, с подошвой, что покрышка вездехода, и Бульбаш задергался, захрипел. И все же слова, которые вырывались из-под этого ужасного ботинка, можно было разобрать: — Они там… в тамбуре… в ящике… где уголь… — Мормышка, глянь, – распорядился Настоящий Полковник, а Колун чуть ослабил ногу. – Да, проводницам скажи, чтобы не дергались, не бегали никуда. В понятые пойдут, понял? Скажи им, воров поймали, нужны свидетели при изъятии краденого. Иди. Что хлебало раскрыл? Быстрее соображать надо. Котляр спокойно поигрывал ремешком, поглядывал на Елену с такой ненавистью, что у той просто отнялся язык. Она бы сейчас и крикнуть не сумела, даже если бы и захотела. Мормышка скоро принес испачканный в угле контейнер-полено. — Один только, шеф. Я все перерыл, весь ящик. — Остальные где? Ну ты, сука, говори! – Ремешком Котляр пребольно хлестнул Елену по щеке, у нее сразу же загорелось все лицо. — Там! Все три там были, Олег Николаевич. Клянусь Богом! – Елена приложила руки к груди, слезы текли из ее глаз. — Ишь, как заговорила! «Олег Николаевич»! – передразнил он. – Тварь! Плохо тебе жилось, да? Мало тебе было: квартира, машина, гараж, деньги… — Простите, Олег Николаевич! Ум за разум зашел, бес попутал! Простите! – Она, сдерживая рыдания, кинулась к его руке с ремешком, стала целовать пальцы. – Заберите все, только не убивайте, прошу, оставьте живыми! |