Онлайн книга «Операция «Пепел»»
|
Максимыч кивнул: — Понимаю, майор. Но не советую. Очень не советую. Давай разбивать стекла в задней кабине. Автоматчику твоему можно контролировать ситуацию и отсюда, из тамбура. — Ладно, решили. Лезем. На переднюю площадку тамбура «столыпина» вышел Князев. В руках у него – «калашников». Балансируя, рассчитывая каждое движение, он схватился за поручень прыгающей вверх-вниз грохочущей «чеэски», шагнул на буфер-выступ. Изловчился, ударил прикладом автомата в правое стекло. Потом в левое. Лис и кап-один держали на прицеле автоматов оба лобовых стекла электровоза. Если солдаты появятся в кабине и попытаются стрелять… Не хотелось об этом думать. Да и думать, собственно, было некогда. На огонь придется отвечать огнем, вот и все. Стекла наконец рассыпались. Князев полез наверх, в кабину. Следом полез Лис. Вдвоем, осторожно, шаг за шагом, они продвигались по темным коридорчикам электровоза. Гудели двигатели, грохотало железо. «Чеэска», управляемая наркоманами, на огромной скорости тащила за собою девятнадцать вагонов, набитых людьми. По приказанию Лисицына Жилетов поднял всех пассажиров на ноги. Спать, вообще бездействовать, не приняв мер к спасению, было нельзя. Нужно обезопасить себя, привязаться, сидеть или лежать на полу… Под угрозой по-прежнему были шестьсот пятьдесят две жизни. Жилетов и все его обезумевшие от страха и переживаний проводники тем не менее занимались приготовлениями к возможному крушению. Все теперь знали, что в поезде нет тормозов. Что в кабине электровоза – солдаты-наркоманы, которые расстреляли своих товарищей, выпустили из «столыпина» зэков… Лис с Князевым ворвались в кабину один за другим с автоматами наизготове. Фазан и Алик Армавирский, сидя в креслах, спали. Их «калашниковы» валялись на полу. Рядом с ними валялись и окровавленные, использованные недавно шприцы. Бодрствовал в кабине лишь президент Ельцин – на фотографии: он по-прежнему широко и радостно улыбался, приветствуя свой народ. Теперь вот в лице оперов – Князева и Лисицына. — Машиниста сюда! Живо! – скомандовал Лис, и Князев кинулся в заднюю кабину выполнять его поручение. — Поезд номер один! Отвечайте! Поезд номер один! – плачуще повторял и повторял истерзанный неизвестностью женский голос. – Что случилось? Куда вы пропали?.. Повторяю: поезд номер один. Экстренно тормозите! Экстренно! Впереди – крушение грузового. Повторяю: за Волчанском, на шестьсот двадцать шестом километре, крушение грузового поезда… Отвечайте, ребята! Что там у вас случилось, господи-и… Максимыч появился в кабине через минуту. К тому времени Лис уже стащил Фазана и Армавирского с кресел, освободил места машиниста и помощника. Машинист сейчас же схватился за рацию, за тормоза. — Диспетчер! Диспетчер! Я – машинист поезда номер один Родионов. Нахожусь в кабине. Экстренное торможение поезда применить не могу – пробиты шланги, тормозная магистраль без воздуха. Буду сбавлять скорость и тормозить локомотивным… — Родионов, миленький, тормози-и! Как можешь! У тебя всего пять километров. Тормози-и-и… И Родионов тормозил. Резко сбавил скорость. Вывел рукоятку тормоза электровоза в крайнее положение. «Чеэска» с мертво зажатыми колесными парами, как на лыжах, бешено рассыпая искры, дымя, летела впереди вагонов. |